Она направилась к деревянной скамейке, которая кольцом обвивала большущую клумбу, и тяжело плюхнулась на нее.

– Вы как хотите, а я сидеть! – заявила Анжела.

Максим принялся доставать из пакетов бургеры, сок, пластиковые стаканчики.

– Налетай, театральное будущее! – скомандовал он.

– О, нас еще и кормят!

– И мне оставьте!

Милена взяла чизбургер и отошла в сторону, давая место остальным.

По газону прохаживался голубь, курлыкая и косясь на самочку, которая выискивала что-то среди травы. Перья на шее голубя так и переливались, и Милена вспомнила, как встречала питерцев на вокзале. Неужели это было сегодня? Невероятно длинный день получился.

– Будешь яблочный сок? – Саша протянул ей стаканчик.

– Спасибо.

Они помолчали.

– Анжела говорит, ты первый год в театре.

– Только в январе пришла. Я летом участвовала в лаборатории «Остров внутри». Знаешь?

– Еще бы! Я давно хочу приехать. Но то одно, то другое…

– А этим летом в вуз поступаешь?

Саша издал звук, похожий на мычание, и Милена приподняла бровь.

– Это да? Или нет?

– О! – Саша вдруг рванул к качелям-скамейке, которые только что освободились. – Погнали!

От детской площадки к качелям спешили Денис и Лена, девчонка с длинным хвостом, та самая, что утром больше всех переживала, успеет ли она в душ. Денис уселся на качели одновременно с Сашей. Парни, едва сдерживая смех, начали толкать друг друга.

– Ну чего вы? Как будто места мало! – Лена примостилась с краю. – Ой, а где вы еду взяли? Дэн, принеси мне, плиз!

Денис встал с качелей, и Милена села на его место.

– Ну что там с поступлением? – Она неловко вытянула руку вперед, чтобы не расплескать сок. – Ты же в одиннадцатом?

– Какое поступление? – хмыкнула Лена. – У Александра все схвачено!

– Как это?

– Ну… – замялся Саша. – У нас на актерское проводят прослушивания. И предварительное было в апреле.

– Ой, да ладно, просто скажи, что у тебя связи! – Лена оттолкнулась ногой от асфальта, и качели слегка качнулись. – Его отец тусуется с мастером, который набирает курс в этом году.

– Вот оно что. – Милена тоже оттолкнулась носком, качели раскачались сильнее и – дзынь! – ударились о металлическую перекладину.

– Тусуется, не тусуется – какая разница? – мрачно сказал Саша. – Остальных тоже в апреле прослушивали.

– Но остальные до сих пор трясутся и к июльским прослушиваниям готовятся, а тебя это вообще не колышет.

– Не колышет! – подтвердил Саша. – Милен, ты обещала мне цирк показать!

– Не сейчас же! – Милена чуть не подавилась соком.

– А когда? Вдруг меня завтра грузовик переедет, и тебя всю оставшуюся жизнь будет мучить совесть.