– пояснил Витезслав. – Мне… трудно приближаться к старикам. Признание было откровенным и неожиданным. Я что-то промычал и в уточнения вдаваться не стал. – Я чувствую в них то, чего лишен, – все же пояснил вампир. – Смертность. – Завидно? – не удержался я. – Страшно. – Витезслав склонился над охранником, произнес: – Сейчас мы уйдем. Ты будешь спать пять минут и видеть красивые сны. Когда проснешься, забудешь наш визит. Будешь помнить только Антона… будешь очень хорошо к нему относиться. Если Антону понадобится – окажешь ему любую помощь. – Да незачем… – слабо запротестовал я. – Одно дело делаем, – напомнил вампир. – Я знаю, как тяжело работать под прикрытием. Прощайте. Миг – и он исчез. Эдгар виновато улыбнулся – и вышел в дверь. Не дожидаясь пробуждения начальника, покинул кабинет и я. Глава 4 Судьба, которой, по уверениям наших магов, не существовало, была ко мне благосклонна. В холле «Ассоли» (ну не назвать это помещение подъездом!) я увидел ту самую старушку, к которой боялся подходить вампир. Она стояла у лифта и задумчиво смотрела на кнопки. Я глянул сквозь сумрак – и убедился, что старушка в полной растерянности, почти в панике. Вышколенная охрана тут помочь не могла – внешне старушка пребывала в полной невозмутимости. И я решительно направился к пожилой даме. Именно к «пожилой даме» – потому что никак не годилось здесь тихое, доброе русское слово «старушка». – Простите, могу я чем-нибудь вам помочь? – спросил я. Пожилая дама покосилась на меня. Без старческой подозрительности, скорее со смущением. – Я забыла, где живу, – призналась она. – Вы не знаете? – Одиннадцатый этаж, – сказал я. – Позволите вас проводить? Седые кудряшки, сквозь которые просвечивала тонкая розовая кожа, едва заметно качнулись. – Восемьдесят лет, – сказала старушка. – Это я помню… тяжело это помнить. Но помню. Я взял даму под руку и провел к лифту. Кто-то из охранников направился к нам, но моя престарелая спутница покачала головой: – Господин меня проводит… Господин проводил. Дверь свою пожилая дама опознала и даже радостно ускорила шаг. Квартира была не заперта, квартира была великолепно отремонтирована и обставлена, а в прихожей расхаживала энергичная девица лет двадцати и сокрушалась в трубку: – Да, и внизу смотрела! Опять выскочила… Наше появление привело девицу в восторг. Боюсь лишь, что и милая улыбка, и трогательная заботливость в первую очередь адресовались мне. Молодые симпатичные девушки идут прислугой в такие дома не ради денег. – Машенька, подай нам чай, – прервала