Стриж вновь упал, закрывая голову руками.
В этот раз вспышка была куда ярче. Полыхнул огонь, по волосам мазнул горячий воздух, а над головой просвистели стальные осколки.
Едва пустотник вскочил на ноги, дверь распахнулась и на пороге возник Гарм собственной персоной.
Белочку даже просить не пришлось. Прежде чем граф успел рассмотреть стоявшую перед ним фигуру, Лёха вонзил ему в живот костяной шип и втолкнул обратно в комнату.
Сознание автоматически фиксировало обстановку. Круглая комната, в центре которой на алтаре, украшенном гербом клана, возлежала грубо выполненная золотая змеиная голова вроде тех, что показывают в фильмах про майя и ацтеков. На стене — зеркало, точная копия висевшего у фамильного артефакта Кречетов. И перед зеркалом — эльф, удивлённо застывший с маской в руке.
— Отлично, — хищно ощерился Стриж. — Оба здесь. Не придётся искать…
Гарм хрипел, быстро покрываясь инеем. Остроухий отбросил маску и вскинул руку.
«Не дай ему попасть в нас заклинанием!» — рявкнул демон.
Лёха и без подсказок сообразил, что магия эльфов может быть опасна для пустотников так же, как и демоническая. Во всяком случае, проверять это на собственной шкуре совсем не хотелось.
Прикрываясь Гармом, словно щитом, он ногой захлопнул дверь. Атаковать с помощью магии эльф не спешил, явно не желая попасть в графа. Он перемещался по комнате, вынуждая противника постоянно двигаться по кругу.
Это напоминало безумный танец из ночного кошмара: Стриж едва не вальсировал, прижав к себе леденеющий полутруп, что, казалось, смотрел на него удивлённым взглядом. И всё это под аккомпанемент ликующего рычания демона.
Того, что эльф выбежит и позовёт помощь, Лёха не опасался. Ушастый не самоубийца — знает, что будет ему и хозяину, если вскроется нарушение имперского закона.
О том, что ему самому тоже хана и без всяких имперских палачей, Стриж уже не думал. Всё решено. Он уже и так опроверг пословицу «Двум смертям не бывать, а одной не миновать». И пусть вторая встреча с Костлявой случится сегодня, он успеет прихватить с собой эту пару ублюдков и обезопасить тех, кто стал ему дороги в этом мире.
Удерживая слабо подёргивавшегося Гарма, Лёха попробовал обойти алтарь.
«Не вздумай притронуться к золотой башке!» — предупредил демон.
Стриж и не собирался этого делать — даже ему было понятно, что это и есть клановый артефакт Змеев. Раздолбать бы его, да нечем. Даже в окно не выкинуть — артефакт и алтарь единое целое, намертво вмурованное в пол.
Гарм перестал дёргаться и обвис, заставив своего убийцу споткнуться.
Неожиданно эльф прыгнул и пнул графа в спину, словно желая насадить умирающего хозяина поглубже на клинок убийцы. Стрижа откинуло назад — прямо в зеркало. Но вместо хруста стекла и сыплющихся за шиворот осколков он почувствовал, что куда-то проваливается.