— Прости меня! Я был кусьим дерьмом. Там в академии. Да и в целом по жизни. С тех пор столько всего…

— Извинения приняты, — быстро оборвал я его. — Со мной Тола, Ферц и Грай — не забудь удивиться, когда Тола расскажет тебе про свой пятый ранг. Сейчас срочное дело. Этот ваш Чеча… Да и Конарк тоже. Что они за люди? Первый сразу попытался меня запугать и нагнуть, второй с ходу предложил убить первого. Ты давно вообще с ними?

Лицо Фалко сразу сделалось по-деловому серьёзным. А ведь он действительно изменился. И не только внешне. Повзрослел, возмужал. Наверняка, вместе со страхом пришла рассудительность. Интересно, что с ним происходило после ухода из академии? Раз он здесь, то весьма вероятно, что клан Красов повторил судьбу клана Джи. Красы ведь не поддерживали заговорщиков. Может быть я пытаюсь обмануть сам себя, но почему-то мне кажется, что Фалко мне больше не враг. Да и был ли он настоящим врагом?

— С ними примерно три месяца. Попался как раз перед тем, как Чеча решил уводить свою банду на запад. У него один закон — сила. Здесь всё держится только на страхе. Рейсану, то есть тебе и не снилось… Постой! Так это ты специально творил всё то, что творил? Чтобы свои не догадались, что ты не он?

— С момента нашего расставания ты поумнел, — не удержался я от улыбки. — Но не отвлекайся. Продолжай. Время дорого.

— Извини. Хорошо, хорошо. Чеча только при мне убил несколько человек из своих. Кого за провинность, кого за попытку удрать. У него свой костяк — старая команда. Пара десятков реальных бандитов, промышлявших грабежом на корнях аллоя Ша ещё до того, как всё началось. Они — его глаза и уши. И есть ещё пара силаров, что ему яйца нализывают. У нас тут много разного дерьма собралось, но эти — чистые секты. Не верь Чече. Он тут одного демона уже обманул и убил перед тем, как мы по-настоящему глубоко в сорняк забрались. Эта тварь невероятно сильна. Я не знаю, как ты смог его заставить признать своё старшинство, но это ничего не значит. Он найдёт щель в броне, он дождётся момента и…

— Достаточно, — оборвал я Краса. — Я услышал всё, что хотел. Что с Конарком? В каких они отношениях?

— Тут сложнее, — наморщил лоб Фалко. — Про сборщика ничего плохого сказать не могу. Разве что… Скользкий он какой-то. И равнодушный. Сам никого никогда не ударит, и даже не наорёт. Но и в защиту слова не скажет, если рядом с ним по приказу Чечи кого-то бить будут. Жопу боссу не лижет, но исполняет приказы без споров и быстро. Сам себе на уме. Друзей нет. Бабы нет. Тихий, вежливый, трусоватый. Когда с Роем бьёмся, отсиживается где повыше на дереве.