— Я рад за вас, девушки. Но Чеча сбежал.
Голубоглазая, белокурая пышечка. Размер груди — пятый номер. Возраст — лет двадцать пять. Позади мнутся рыженькая помладше с точёной изящной фигуркой и чёрненькая постарше с восточным разрезом глаз и с пропорциями порноактрисы. Соблазн во плоти.
— Ну так ты новый Чеча.
По интонациям ясно, что кликуха чёткого пацана воспринимается девкой, как звание. Очень почётное.
— Я, дорогие мои, человек женатый.
— Мус, не обманывай девусек! Я с тобой всё равно трах-трах не могу.
Лими, жучка! Куда ты меня толкаешь, зараза⁈
— Мы не шлюхи какие-нибудь! Если новому Чече мы не нужны, найдём себе новых защитников.
— Есё как нусны! У него тра-трах давным давно не было. Совсем нервный стал.
— Лими! Ты что себе позволяешь!
— Я твоя сена. Я забочусь.
Вот ведь рухнули на мою голову! Только-только с делами разгрёбся и лечь спать собирался. Делегация профсоюза, блин!
— Тише ты! Ещё Тола услышит!
— А что Тола? Толу ты на трах-трах не зовёс.
— Так она и пойдёт.
— Побесит вприпрыску.
— Я ценю твое мнение, но заткнулась бы.
— Так нам что, спать отдельно? Или пустишь в шатёр?
У барышни флирт на повестке дня не стоит. А вот у меня как раз стоит и по полной программе. Но естественно тоже не флирт. Целомудрие — оно крепко лишь до первого раза. Сейчас же, когда я познал женщину, воздержание больше не воспринимается мной, как что-то обычное и обязательное. Организм требует начать размножаться немедленно. Прямо сейчас. Прямо тут, на входе в мою трофейную юнайскую палатку.
— А, к чёрту! Раз жена разрешает… Добро пожаловать к нашему шалашу.
* * *
Сознание возвращалось неспешно. Судя по пробивающемуся сквозь закрытые веки свету, снаружи уже утро. Под заменяющей одеяло накидкой тепло — четыре тела нагнали за ночь несколько лишних градусов по отношению к температуре снаружи. Горячие молодые тела… Это было волшебно!
Что совесть? Молчит. А чего ей орать? Я ничего плохого не сделал. Воспользовался положением альфа-самца — вот и всё. Закон мироздания. Кто я такой, чтобы нарушать неписуемое. То есть, неписанное. То есть, я хочу ссать. Стояк между ног — это уже не следствие возбуждения, это физиологическая потребность другого характера. Хотя…
В ухо дышат так сладко. Запах тоже что надо. Может, быстренько… И под правой рукой что-то мягкое, тёплое. Пальцам левой тем более классно — там уже не просто тепло, горячо. Нечто влажное трётся о средний.
Ой! Куда он скользнул? Что за узкая норка?
— Лими?!! Какого!..
Всё-таки под накидкой пять тел…
Глава девятнадцатая Холодный расчет
Умывание холодной росой, собравшейся в лужицу в серединке какого-то лопуха, не смогло окончательно сбить с лица красноту. О том мне издевательски сообщил Ферц, когда я притопал завтракать. Оказывается, они тут с Червём, Граем и Красом уже обсудили яркое звуковое сопровождение моего якобы сна, и улыбочки на рожах друзей немедля заставили запылать мои только успевшие остыть уши. И ведь это они ещё про Лими не знают.