Куда там. Не дойдя до Дракона ста метров, воронка торнадо внезапно распалась. Миг — и весь огроменный смерч исчез, как и не было. Очередная засада. Значит, воздух Зверю тоже не страшен. Некое невидимое поле создаёт вокруг твари постоянную зону спокойствия, гасящую любые ветра. Вполне вероятно, что эта же сила помогает Дракону летать. Не на тяге же крылышек мчится по небу эта здоровенная туша. Впрочем, летучие секты в этом мире тоже на физику какать хотели. Это здесь норма.

— Мэл Даст, я к вам. Пока лезу, швырните копьё. Диего, опусти нас пониже, чтобы шли вровень с ним.

Отстегнул ремни, вылез из кресла и по корпусу машины ползком — по-другому в полёте никак — двинулся к центру штурмовика, где расположился наш водник.

— Ну как? — спросил, подобравшись к так же избавившемуся от ремней Брахаму.

— Разлетелось осколками. Ущерб нулевой.

— Так и думал. Осталось только попробовать заморозить.

— Вы там осторожнее, — предупредил из соседнего кресла Чеча. — Он раскалённый, как печка. Я-то был в камне, но жаром, когда запрыгнул, обдало круто. Если бы сразу в шурс не ушёл, пятки бы прожарило вмиг.

— Мы туда и обратно, — успокоил я нахмурившегося водника. — По возвращению Гвидо подлечит. Так, готовы?

Дождавшись утвердительного кивка, я обхватил Даста сзади руками. Взгляд влево. Нашёл Дракона.

— Стартуем!

Мир мигнул, и корпус штурмовика сменила другая картинка. Желтоватый частокол костяного гребня и светло-зелёная чешуя шкуры. Мы на драконьей спине.

Блядь! Духовка! Жаром обдало так, что любая баня в пролёте. Волосы на голове и руках затрещали, глаза сами собой зажмурились. Под ногами же чистая сковородка. Я почувствовал, как подошвы ботинок стремительно плавятся. Как и кожа над ними. Кое-как сдержал крик и через силу разомкнул веки. Боль — фигня! Был бы от этих мук результат, а прожарку мы стерпим. Если недолго, конечно. Ещё несколько секунд здесь без камня — и смерть. Потеряю сознание — считай, нам конец.

А что Даст? Дядька-водник как раз отрывает от шкуры Дракона обожжённые руки. На ладонях нет кожи. Ловлю взгляд Брахама. В глазах Даста однозначный ответ, на незаданный мною вопрос. Впрочем, я и так вижу, что с заморозкой облом. На чешуе Зверя нет ни единого признака сработавшего заклятия. Голову вправо. Штурмовик в поле зрения. Даста под мышки — и валим. Всё про всё заняло три секунды от силы. Невеликий, казалось бы, срок, но мы едва живы.

— Кусья тварь! Кус! Кус! Кус! — прорывает Брахама, как только мы выпадаем из воздуха на доски штурмовика.

Я поддерживаю его русским матом. Боль страшенная. Чьи-то сильные руки хватают и тянут. Краем глаза замечаю знакомое зелёное свечение. Гвидо уже колдует над Дастом. Ещё одна секунда мучений — и вот моя очередь. Боль стремительно отступает. Всё! Цел! В смысле телом. Башмаки однозначно менять.