— Да, адептка Нарр, — глухой и немного злой ответ, после которого я встала из-за своего места.

— Как мы будем изучать наглядное пособие? Раньше вы вызывали нужного умертвия на защитный постамент, давая адептам возможность и рассмотреть материал и поработать с его повадками и ключевыми заклинаниями оживления и упокоения... Теперь мы будем изучать... картинки? — Да, папочка, не зыркай так, память у меня превосходная. Я помню, как ты приходил с работы... рассказывал маме какие адепты идиоты. Как ты в своей лаборатории закрывался и работал с мертвяками не только низших категорий, но и высших. И когда ты не кричал на мать и меня, когда в твоих глазах мелькала любовь... ты даже оживленно мне рассказывал про этих умертвий. Прошло почти двадцать лет, а я все помню. Да и скрывать смысла нет, мне всегда было это все интересно. И ты это понял. У деда в библиотеке много литературы собранно по некромантии. И ты их видел.

— Нет... — отец отвел от меня внимательного взгляда, опять тяжко вздохнул и ответил, когда я уже села на свое место, — С не особо опасными умертвиями мы будем также работать с защитным постаментом, предварительно полностью изучив теорию. С опасными... будет магическая голограмма.

Напряжение в наших с отцом глазах не было не замечено. Все смотрели и внимательно слушали, но не слышали, наверное. За что и получили. Саниэль поднял какого-то адепта и попросил повторить то, что отец рассказывал. И, кроме слова «теория», от адепта отец ничего не услышал. Остальное время мой родитель гонял нас по элементарным знаниям о умертвиям. Как защищаться, как определить категорию и т.д. И я тоже была удостоена чести и получила вопрос, на который быстренько ответила, даже не заморачиваясь. Да только потом сообразила, что вопрос касался высшей нежити. Хитрый кот! Решил свою дочурку на знания прощупать. По довольному блеску звериных глаз поняла — умничка я, но нагоняй все равно получила, чтоб нос не задира. А мне нравится уже у папы учиться. Интерес к некромантии в крови.

После вводной лекции в спину мне полетели слова, капающие ядом. Но как-то реагировать я не собиралась. Да и зачем? Да, я дочь Саниэля. Но никакого особого отношения ко мне не будет, потому что я отнюдь любимая дочь. Знания я получила сама, выцеживая самое главное из многочисленных книг, сейчас пылящихся на полках Рраха. А что до того, что я потомство ведьмы Иветты — так это вообще неважно. Особого отношения ко мне не будет! Да и чего, собственно, желчью плеваться? Нервные все, голова болит. Я же даже никого не пугала, глаза пытаюсь лишний раз не поднимать, клыки и когти не отращиваю, Эри контролирую, хотя это сложно. А им что-то не нравится.