— Уходи, — оттолкнул от себя меня мужчина, сам же развернулся и уставился в окно, всем своим видом показывая, что разговор окончен.
Я, тряхнув копной волос, ушла, напоследок со всей своей силы хлопнув дверью. Чер-ртов волк! Ненавижу его всей своей сущностью! От его существования колотит.
— Эрьяна... — услышала радостный голос. Резко обернулась и увидела подбегающего серого эльфа. Его еще не хватало!
— Ну ты и шалунья! Мне как отец рассказал, до сих пор перестать смеяться не могу! — парень пару раз глубоко вздохнул и широко улыбнулся мне. Как же бесит!
— Повеселился? — тихо спрашиваю, прищурив глаза. Намаракил весело тряхнул блондинисто-пепельной шевелюрой. Вырвать бы... — А теперь пошел к черту! И папочку своего забери! Еще раз подойдешь ко мне — порву на куски! — зарычала ему в лицо, не заботясь о чувствах молодого человека. Как же они все меня выводят из себя! Верните меня в Аукендон, я хочу опять каждый день выслушивать от деда, какое я ничтожество, хочу опять драться с самцами за свое существование, хочу рычать на самок, потому что их бешу я, так же сильно, как и они меня. Верните мою прежнюю жизнь!
Глава восьмая
Глава восьмая
— Больно... — прошипела я в который раз за утро. Иветта вот уже битый час измывалась над моими волосами. На бал мне было наплевать, но...«я же дочь ведьмы Иветты и профессора некромантии Саниэля Нарра».
С раннего утра матушка оккупировала мою тушку и не отпускала ни на миг. Сначала были ванны, аж три: с солью, маслами и молоком. Зачем? В моей голове это никак не укладывалось. Оказывается, чтобы кожа нежная была и сияющая... Да я как-то не страдала наличием язв на коже, да и грубой она не была. Кожа как кожа. Но разве Иветте что-то докажешь.
Потом ногти. Это я запомнила навсегда... и больше никогда не позволю кому-либо трогать мои руки. Какие-то ванночки, ну это ладно — терпимо, масла и крема — тоже, но уже не столь приятно. Это все так воняет. У меня обоняние отбило на месяц вперёд. А вот после... самые страшные пытки. Иветта назвала это страшным словом «маникюр», продемонстрировав свои идеальные коготки. Я готова была убить свою мать в этот час, честное слово! Неконтролируемое обращение или выброс магии — ничто в сравнении с этой мукой. Но... должна признать, постоянно неухоженные, обкусанные и с грязью под ногтями руки стали нежными и элегантными. Заканчивало сие великолепие красный цвет самих ногтей. На мой вопрос «Это что ещё? Зачем?», матушка ответила коротко — «Под цвет платья!».
После экзекуции с руками, меня заставили обрядиться в жутко неудобное, красное кружевное белье. Корсажи я никогда не носила, а и зачем? Груди-то нет особо, талия и без того выглядела слишком костлявой. Но как мне объяснили — это необходимость. Платье такого фасона, какой мы выбрали, на голое тело не надевают.