— Три бала, адептка Нарр, — после превращения голос Кагара звучал тихо и хрипло, а взгляд был еще по-звериному мистическим.
— Что? — неверующе переспросила, отталкивая руки мужчины, так и заключавшие меня в капкан. Глава безопасности встал, поправляя смятую при превращении белоснежную рубашку.
— Три бала за неподчинение приказам. Свободна, — глухо повторил Кадгар, отворачиваясь от меня.
Гнев застил глаза, и я вновь подбежала к мужчине, замахиваясь для удара. Знаю, это не правильно и глупо. Ведь бой закончен, бал я получила. Но почему-то ничто не могло остановить меня.
Кадгар перехватил мою руку прямо перед собой, больно сжал запястье.
— Еще раз так сделаешь и пожалеешь об этом, — прошипел он в своей излюбленной манере – у меня перед носом, так, что я чувствовала жар его тела губами. Я попыталась вырвать руку из захвата, но мне не позволили. Волк склонился еще ближе, касаясь кончиком носа моего уха, а губами пробуждая миллиарды мурашек на шее. — Завтра в шесть утра. Мы отправляемся в Росх, — И мужчина оставил меня в покое, откидывая почти от себя мою руку.
— Нет… — смогла я только прошептать, опускаясь на пол. Нет, только не это.
Нет…
Он
Кто бы мог подумать, что правила твоей же игры будут изменены. И кем? Жертвой, пешкой. Сам того не осознавая, я стал ведомым.
Влюбился.
О Боги, как это вообще возможно? Мышка обыграла своего охотника. Да еще и так виртуозно, словно так и должно было быть.
Завладела мыслями, желаниями, смыслом жизни. Точнее, показала, что желания были пустыми, а смысла жизни и не было. Моя кошечка и стала смыслом жизни, моим желанием…
Видимо, правду говорят в народе. Ведьмы – это проклятье. Сама Богиня любви их защищает, бдит и наблюдает, чтобы ее любимых дочерей не обидели. А я ведь хотел просто поиграть с Эрьяной.
Моя кошечка… Ты думаешь, что ненавидишь. Сама от себя бежишь, прячешься от чувств, терзаешь не только меня, но и себя.
Нет, моя кошечка, я не позволю тебе и дальше заблуждаться.
Ты будешь моей. Навсегда.
Глава шестнадцатая
Глава шестнадцатая
Рассвет я встретила, мрачно наблюдая за тусклым просветлением по-зимнему серого неба. Пейзаж был словно черно-белое изображение на маг-снимке, и лишь неспешные поры ветра меняли замершее состояние окружающей природы.
Я не спала всю ночь, просидев на подоконнике. Сумку с малочисленными вещами собрала еще вчера. Да и что там за вещи? Мне много не нужно. Вряд ли шлюха старого альфы будет выползать из своей норы.
В голове роились множество мыслей. Смешно, но только когда пришло время исполнить договор преждевременно, я поняла – полюбила эту комнату, она стала мне намного роднее, чем та, в которой я провела двадцать лет. Я буду скучать по девочкам, мои единственным подружкам. Сестрам. Мое сердце разрывается от тоски, стоит только вспомнить легкомысленную кокетливую улыбку матери и умный, немного хмурый взгляд отца.