Правда, на этот раз не обошлось без потерь — погиб Зайнеп. Высокий белобрысый парень с раскосыми глазами умудрился получить два критических удара одновременно и отправился за грань. Серьезно досталось Руву, который попытался сходу убрать самого опасного врага.

К сожалению для десятника, зеленокожий колдун с огромными ушами, носом как у цапли и огромной отвислой губой, с вставленной в нее золотой пластиной, оказался сильным магом. Первой же атакой на основе воды и воздуха он разрушил защитный амулет Рува. Второй, огненной, опалил десятника настолько, что тот упал на колени. Мог бы и глаз лишиться, но сумел вовремя прикрыть их рукой. Несмотря на двукратное превосходство в уровнях, Рув бы наверняка погиб, но его спас Василий.

Вовремя заметив беду, он бросил в колдуна дротик, не забыв применить комбо смерти, как мысленно назвал одновременно использование «Точного броска», «Жалящего» и «Мощного удара». Гоблин не смог, вернее, не успел добить Рува. Сложно колдовать, когда твои щеки насквозь пробиты, язык срезан, а челюсть вывернута. Пока гоблин справлялся с проблемой, Рув атаковал, рывком сократил расстояние и в две секунды превратил подранка в фарш. Василий аж плечами передернул, увидев результат.

В остальном бой прошел без проблем. Гоблины лезли толпой, машали друг другу, бились о щиты, напарывались на мечи, падали с рассеченными головами, скулили и выли, лишившись рук или ушей, хрипели, пытаясь заправить кишки в распоротые животы, и гибли один за другим, нанося минимум ущерба наемниками. Даже посредственная броня вполне сносно защищала солдат удачи от деревянного и каменного оружия дикарей, а строй нивелировал численное превосходство врага.

Впрочем, для Василия сносная защита имела вполне конкретные последствия. Нет, сам он не пострадал, просто Рув приказал не тратить зелья на легкие ранения и велел ограничиться банальной перевязкой. О которой Василий имел весьма смутные представления, но которой ему пришлось заниматься.

«Хоть бы плюшку какую отвалили», — бурчал он, закончив перевязывать последнего поцарапанного. Система осталась глуха. Демон обдумывал собственные реакции и слова, успешно игнорируя все остальное. Карнагири и вовсе не слышал, занятый возней с любимой секирой. В начале боя он перестарался, разрубив слишком тощего гоблина спецударом, в результате чего досталось лежащему в земле валуну, который стал причиной щербинки на лезвии.

Василий уже подумал о том, что совсем один и без поддержки остался, никто его не любит, никто не ценит, но тут подошел десятник.