Положив дневник на стол, я принялся разворачивать тряпки. На миг мне показалось, что книги там не будет, и это новая подстава. Но нет. Я увидел, ставшую привычной обложку, и даже улыбнулся. Взял книгу в руки.

И только тогда произошло странное. Обложка, вернее, тот черный материал, из которого она состояла, внезапно пришел в движение. Он потек и будт бы полез ко мне. Довольно быстро, вся черная субстанция словно впиталась в мои пальцы. Под ней была просто черная, немножко потрескавшаяся кожа обложки.

— Какого? — я бросил книгу на стол и обратил взгляд на руки.

Пальцы были чисты (насколько они могут быть чисты после такой драки), следов черной жидкости на них не было.

— Ну, ты скоро? — раздался за спиной голос Олега, — я хочу уже выбраться отсюда.

— Подожди. Еще не все.

Прокуратор вздохнул. Я же попытался открыть книгу, и та не поддалась. Подумав про пробирку с иглой и кровью, я растерянно похлопал себя по карманам, и вспомнил, что давно оставил ее в шатре. Черт… Совсем вылетело из головы…

И все же, интересно. Что произошло? Помнится, одноглазый граф упоминал, что книга пропитана некой черной спорой. Если она так прореагировала на мои прикосновения, значит ли это… что в том сосуде была черная спора?

Взяв книгу, я положил ее обратно в тряпки и завернул. Потом принялся рыться в бумажках. Большинство записок и каких-то документов были старыми и полуистлевшими. Но одну записку я все же нашел. Пожелтевшая бумага и немного обгоревшими краям указывала на то, что ее носила в себе магическая птица.

В записке была лишь одна строчка: “Я приду за ним и книгой на рассвете. Во имя Новой Маны. К. С.”

— Что? — спросил Олег, когда я подошел к окну.

Там, из-за леса уже показалось солнце. Оно окрасило небо и верхушки сосен алым.

— Биться можешь? — посмотрел я на Олега.

— У нас гости? — он ответил решительным взглядом.

— Сейчас пожалуют, — я показал ему записку.

— Ну что ж, — Петрин извлек изогнутый нож Бояринова, который нашел во дворе, — живым точно не возьмут.

Настрой прокуратора мне понравился. Израненный, Олег не терял боевого духа и был готов сражаться. Такие воины мне по душе.

Внезапно, на крыше раздался хлопок и треск, как от электроразряда. Я понял, что это сработал портал.

— Что-то неладное, Князь, — проговорил приглушенный голос сверху, — посмотрите во двор. Там явно труп!

— Ну сука… — зазвучал какой-то знакомый голос, — если этот ублюдок Бояринов убил Замятина, я сам сниму с него шкуру! Вниз! Быстро!

Люк тут же откинулся, и кто-то стал спускаться в комнату.

— Фугас! — не растерялся Олег и выкрикнул заклинание.