Когда я перенес вес на правую ногу и шагнул левой на отвесную стену моя голова осталась ясной, а поясница сохранила привычную расслабленность. Каменная вертикаль стала для меня твердым, надежным полом. Требовалось лишь непрерывно держать в уме четкое намерение, подпитывая эфирную сцепку.

— Так вот, как ты это делаешь, дружочек! — тепло погладил я Оберег с духом Смолы. — Ты, оказывается, полон сюрпризов. Верно говорят, пока не попробуешь сам, всей правды никогда не узнаешь.

И я пошел вверх. Шаг за шагом, двигаясь по диагонали к массивной стальной плите над воротами. Сапоги легко перешагивали неровности грубо обтесанных блоков и глубокие стыки. Ночной ветер теперь обдувал меня снизу, забираясь под полы куртки.

Но несмотря на это развлечение и даже некоторый детский восторг, я не забывал контролировать обстановку.

Далеко внизу у самых створок лениво переминались двое караульных. Наверху по краю парапета мерно вышагивали Охотники первого ранга. Стальные наконечники их алебард тускло поблескивали во мраке. Охрана смотрела на дорогу и внутренний двор, оставляя глухую часть кладки слепой зоной. Ещё бы, кто вообще полезет по отвесной стене прямо наверх, к страже? Только духолов без лицензии…

Тем временем металлическая громадина городского щита неумолимо приближалась. Я подобрался к огромным кованым заклепкам ровно в момент смены караула на парапете. Стражники сошлись для передачи поста.

— Ну, с духом! — прошептал я, а в следующий момент пальцы левой руки легли на медальон из плакучей ивы, висящий на груди.

Подушечка большого пальца вдавила руну.

«Вууууууу»

Воздух уплотнился, ударив по барабанным перепонкам тяжелой ватной волной. Пузырь абсолютной тишины накрыл меня в пяти шагах от стального Якоря.

Правая рука потянулась к поясу, пальцы обхватили рукоять резака из белой стали и вытянули инструмент из левых ножен. Ну-с, приступим!

Я сделал пробный шаг по вертикальной кладке. Подошва жестко ударила по камню, но до ушей не донеслось ни единого шороха. Я втянул носом холодный ночной воздух, и снова столкнулся с пугающей пустотой. Но одновременно с тем, я заметил и кое-что новое, на что не обратил внимание в лавке.

Амулет из плакучей ивы резал акустику в одностороннем порядке. Пузырь уничтожал только то, что рождалось в радиусе пяти шагов, но внешний мир никуда не исчез. Сверху, с парапета, донесся тяжелый металлический лязг. Охотник перехватил древко алебарды. Ветер свистел над головой, принося свежий запах озона и каменной пыли. Окружающий шум легко проникал внутрь вакуума, но наружу не утекало ничего. Я стал абсолютным призраком.