Вот оно!

Внутренняя структура лиственницы пульсировала неравномерно. Смоляные карманы светились плотными, вязкими узлами.

В прошлой жизни мне часто приходилось вести лодку сквозь густые заросли камыша. Там тоже запрещено идти напролом, нужно искать чистое русло и плавно огибать жесткие стебли. Я расслабил запястье, позволяя лезвию скользить между светящимися узлами, выискивая податливые участки маны.

Инструмент пошел ровнее, выбрасывая спирали темной стружки. От моего нажима деревянная шайба поползла по гладким доскам верстака.

— Бран, — позвал я, не отрывая взгляда от золотистых линий. — Зафиксируй, будь другом.

Здоровяк тут же шагнул к столу, и в следующий миг его пудовые ручищи легли на края диска, накрепко вжимая железную лиственницу в столешницу.

Дерево под его пальцами тут же замерло, и шайба застыла монолитом.

— Отлично, спасибо, — кивнул я и продолжил работу.

Резец плавно выводил глубокий контур Колодца, в то время как горячее дыхание напарника гуляло над самым моим ухом.

— Здоровяк, сделай одолжение, — произнес я, аккуратно огибая очередной смоляной узел. — Не дыши так громко. Ты мне стружку прямо в глаза сдуваешь.

Сопение резко оборвалось.

Я завершил первую грань треугольника и скосил глаза. Бран послушно задержал дыхание, отчего лицо парня на глазах начало наливаться густым свекольным цветом.

Бран пучил глаза и качал головой, но упорно молчал. Короткий смешок вырвался из моего горла.

— Выдыхай уже, — я отнял резак от лиственницы и стряхнул опилки с рукава. — А то лопнешь!

Бран шумно, со свистом втянул воздух, возвращая себе нормальный цвет лица.

— Ну вот, теперь осталось повторить всего-то пять раз, — усмехнулся я. — Отдышись, и продолжим.

— Угу…

* * *

Четверть часа спустя на гладкой поверхности лиственницы красовались два глубоких вырезанных треугольника.

— Молодец, Лука! Теперь, моя очередь, — Велес сдвинул меня плечом, занимая место у верстака.

Мастер положил рядом с готовым нижним диском свежую сосновую доску, а с другой стороны пристроил дубовую дощечку с пойманным Духом Скрипучего Колеса.

— Вот, держите, — протянул я ему резец из белой стали.

Приняв инструмент, Велес уверенно провел лезвием по сосне, прокладывая прямую Тропу от старого жилища к новому. Запахло хвойной смолой.

Как только деревянный мостик лёг на столешницу, мастер перехватил резец покрепче и вдавил острие в дубовый Якорь.

Две жесткие параллельные линии Тисков врезались в древесину, а уже в следующий миг рыжий сгусток нехотя вывалился на открытую сосновую Тропу и задергался на месте.

— Уиииииии…

Воздух в мастерской разорвался от жуткого, зубодробительного скрежета, словно десяток несмазанных телег разом покатились по крупному булыжнику. Вибрация ударила по барабанным перепонкам и отдалась тянущей болью в корнях зубов, а с верхних полок на плечи посыпалась мелкая древесная пыль. Ещё секунда такого концерта, и к нашим дверям сбежится половина Района Щепок вместе с патрулем Тараса.