Я допил чай и поставил кружку на стол.

— Готов!

Велес молча отодвинулся, освобождая место у Рога.

— Пу-пу-пу… поехали, — выдохнул я, перехватывая резец поудобнее.

Дыхание замедлилось. Я прикрыл веки, проваливаясь в темную комнату.

Окружающий мир выцвел и перед глазами вспыхнул Рог. Мана в нем текла совершенно иначе, чем в дереве. Никаких прямых волокон или смоляных узлов. Энергия закручивалась сложными перламутровыми спиралями, переплетаясь в тугие светящиеся жгуты.

Пальцы крепко сжали рукоять резака, острие острожно коснулось гладкой кости металл медленно пошел вперед. Я направлял лезвие строго по изгибам перламутровой спирали, не нарушая естественного тока маны. Руна Покоя ложилась на материал филигранно, так что каждый виток узора совпадал с внутренним свечением. Запястье плавно поворачивалось, выдерживая идеальный угол.

Короткий выдох, и лезвие сделало последний срез. Кость мягко полыхнула белым светом изнутри и успокоилась.

— Пу-пу-пу, — выдохнул я. — Готово!

— Молодец, Лука, я в тебя верил! — шумно выдохнул Велес, стирая пот со лба.

— Колодец тоже мне, или сами? — ухмыльнулся я и перекатил резак в пальцах, чувствуя приятную тяжесть металла.

— Колодец я сам, а то какой же я мастер? — натянуто улыбнулся Велес.

— Какой есть, других у нас нет, — хмыкнул я, и серьёзно спросил. — Уверены?

— Уверен! — не менее серьёзно кивнул мастер.

Я протянул Велесу инструмент и он тут же перехватил белую сталь, прищурился и в три быстрых, выверенных взмаха нанес глубокий треугольник поверх перламутровой кости. Стружка слетела на доски. Раз-два-три — и готово, как говорится.

— И чего я вообще волновался, старый дурак… — Велес с прищуром посмотрел на узор. — Мастерство не пропьёшь! А теперь, продолжаем. Хотя уж вернее сказать, заканчиваем!

Я достал из кармана свою тяжелую плашку с багровой Тенью, а Велес придвинул свежую сосновую доску, пристроил её между Якорем и Тотемом и проложил лезвием прямую Тропу.

— Последний рывок! Всем приготовиться… — кивнул мне с Браном мастер, а затем перехватил инструмент покрепче и начал резать.

Лезвие из белого металла с хрустом пробило временный Якорь, вырезая две параллельные линии Тисков, а следом… реакция ударила по нам мгновенно. Воздух в мастерской внеапно потяжелел, больно придавив барабанные перепонки а в ноздри ворвался едкий запах озона пополам с сухой гранитной пылью. Густой багровый сгусток маны вырвался из плашки и обрушился на сосновую доску.

Давление резко скакнуло и две пустые глиняные кружки на краю стола лопнули с сухим треском.

«крааак»

Мягкая сосна не выдерживала напора разъяренной Тени. Доска задымилась и по светлому дереву с шипением побежала черная обугленная трещина. Дух Камня рвал хрупкую Тропу на части, готовясь вырваться прямо в лавку.