Насколько я понял, это было штатное расписание. Потому что она работала над ним, как говорится, по старинке, поминутно сверяясь с какими-то записями в замусоленном пухлом блокноте.

И настолько она была вовлечена, что тете Нине, для того чтобы порезать овощи, приходилось пристраиваться и ютиться то на подоконнике, то на табуретке. Других столов у нас на кухне пока еще не было.

Но тем не менее, даже невзирая на такое притеснение, общались они довольно дружелюбно: нашли общий язык, и на кухне царила уютная гармония. Краем уха я услышал, как они обсуждали индийские фильмы.

Пивасик, нахохлившись, сидел на этажерке и периодически оглашал кухню каким-нибудь вредным язвительным стишком. Валеры нигде не было видно, как и Альфика, и Элен.

Мы вошли во флигель и не успели разойтись по комнатам, как тетя Нина выскочила на шум и поздоровалась.

— Ну, как тут дела? — спросил я.

— Да все нормально. А с водой — так вообще все прекрасно. Ой, у меня зажарка! — И ускакала обратно к плите.

Я пожал плечами и пошел переодеваться. Время не терпит, поэтому терять его не хотелось.

Но когда я, переодевшись в цивильное, вышел в коридор (душ решил принять уже в Казани), все-таки спросил тетю Нину:

— Что, как с водой решили?

— Замечательно решили! — обрадовала та меня. — Она здесь, оказывается, своя есть. Тут запасная скважина. Япар со стариками посоветовался и сразу нашел ее, так что пока просто-напросто гибким шлангом подсоединили и вывели сюда на кухню.

Она широко улыбнулась и добавила:

— Но Япар сказал, что потом проведут нормальные трубы, когда документы на санаторий уже все будут. И это только наша скважина, даже платить за нее не надо.

— Как это не надо? — выглянул строгий Наиль из своей комнаты.

— А вот так! Она же нигде не задокументирована.

— Но это же ерунда получается! Использование недр без лицензии влечет административную и уголовную ответственность, — возмутился Наиль.

— Ой, прекрати, зануда, — легкомысленно отмахнулась тетя Нина. — Зато у нас есть вода! Причем отличного качества.

— Нет, так нельзя. Если узнают — будет проблема.

— Никто не узнает, я тебе говорю! — закатила она глаза.

Поражаясь ее чрезмерной простоте или наивности, уж не знаю, как это назвать, я поддержал юриста:

— Да вполне могут узнать, тетя Нина. Увидят, что уже несколько дней мы не поднимаем вопрос насчет воды, и сразу начнут выискивать. Мы ж не знаем, может, кто-то отсюда стучит этому Ачикову.

— Не увидят! — упрямо проворчала тетя Нина. — Я поступаю как партизаны. Для отвода глаз Самат ездит в Морки, демонстративно набирает там две бочки воды и привозит. Так что все это видят и думают, что мы с этой водой как-то справляемся. — Она довольно захохотала. — Так что все хорошо. Самат еще и жалуется там мужикам, что задолбался за водой мотаться, мол, тетя Нина много тратит. Так что у нас все прилично. Не беспокойся.