Воспользовался их интернетом, чтобы восстановить резервную копию из облака, и к Терновскому пошел вооруженный доказательной базой. И почти нищий.

В институт я прибыл к десяти. Хоть Терновский и сказал, что комиссия назначена на после обеда, мой опыт офисных войн прямо кричал, что верить этому категорически не надо. Все может быть.

И интуиция не ошиблась.

Стоило мне прийти в кабинет Терновского, как я увидел озабоченного Борьку и бледную, испуганную Марусю.

— О! Вот и ты! — Радость Борьки была настолько искренней, что я заподозрил самое худшее.

— Ага, — кивнул я. — Здравствуйте. Давно не виделись.

— Сергей! — воскликнула Маруся. — Ты представляешь, время комиссии перенесли!

— На сколько? — спросил я, уже примерно зная ответ.

— Через пятнадцать минут начнется, — сердито буркнул Терновский. — Пошли. Лысоткин с утра разорался, что после обеда у него заседание в ВАКе и он не сможет быть на комиссии. И прямо заставил директора перенести все на утро.

— Так он же в министерство едет, — напомнил я. — Или отменили?

— Так он к двенадцати туда едет, — крякнул Борька. — Как раз успеют.

— Да уж… — протянул я, порадовавшись, что прислушался к своей интуиции.

— Это все Лысоткин мутит, — нервно заметила Маруся. — Никакого заседания в ВАКе сегодня точно нет. Они же по средам заседают. Это он, видимо, услышал, что ты Сергея вызываешь, и сразу решил все переиграть.

— Да как бы он услышал! — возмутился Борька. — Я же из кабинета звонил. А в кабинете был один.

— Да ты, когда разговариваешь, так орешь, что аж от приемной слышно, — хмыкнула Маруся и сказала: — Ладно, пошли, что ли? А то они могут и раньше начать. Знаю я уже этого Лысоткина.

— Это потому, что Караяннис начал процедуру проверки его статьи в скопусовском журнале, — задумчиво пробормотал я. — Вот он и бесится.

— Да, после того как ты его на конференции прилюдно опустил, конечно, он в ярости, — хмыкнул Борька и скомандовал: — Ты первичные материалы взял?

— Взял. — Я продемонстрировал увесистый рюкзак, забитый макулатурой и ноутбуком.

— Ну, тогда по коням! — велел Борька. — Вы с Марусей идите в аудиторию двадцать семь, а я через пару минут буду.

— А ты куда? — удивилась Маруся.

— Петрова-Чхве позову. А то он и не знает, что время перенесли, — усмехнулся Борька. — Будем брать нахрапом.

Когда мы с Марусей подошли к нужному кабинету, там уже толпилось довольно много народу. К моему удивлению, я увидел и Галину Александровну, библиотекаршу при НИИ.

Лысоткин ожег меня ненавидящим взглядом и отвернулся, не ответив на мое «здрасьте». Михайленко сухо кивнул — все-таки у него весу было поменьше, и на всякий случай вежливость он не игнорировал.