— Котеночек бешеный! — парировала продавщица в синем переднике. — Вон как орет! Нормальные коты так не орут! Надо службу вызывать, по отлову!

— До весны еще далеко, какое бешенство? — засомневалась вторая продавщица.

— А я вам говорю, бешеный! Или наркоман! Сейчас и коты на наркотиках сидят, по телевизору показывали!

Танюха стояла чуть в стороне, скрестив руки на груди, и при виде нас с Дианой выдохнула с явным облегчением.

— Ну наконец-то! — Она ткнула пальцем в мечущегося Валеру. — Забирай своего психа! Я уже полчаса тут как дура стою, караулю, чтоб никто его не прибил!

Валера тем временем заложил очередной вираж вокруг детской площадки, огласив окрестности руладой на повышенных тонах.

Я шагнул вперед и негромко позвал:

— Валера!

То, что произошло дальше, было похоже на фокус Куклачева.

Котенок моментально заткнулся. Просто раз — и тишина. Развернулся, засеменил ко мне на мягких лапках и принялся тереться о ногу, урча, как маленький мимимишный трактор.

Толпа замерла.

На мне скрестились изумленные взгляды соседей, продавщиц, мамочек и мужика с пакетом. Думаю, когда ветхозаветный пророк Илия воскрешал мертвых и исцелял прокаженных, на него смотрели с меньшим изумлением.

— Это… как? — выдавила продавщица в синем переднике.

— Домой пошли, — проворчал я, наклоняясь и подхватывая Валеру на руки.

Тот не сопротивлялся. Обмяк тряпочкой, прижался к моей груди и даже ткнулся мокрым носом мне в подбородок — жест совершенно нехарактерный для этого террориста.

— Какой миленький! — прощебетала Диана, протягивая руку, чтобы погладить.

Валера на нее даже не посмотрел. Демонстративно отвернул морду и уставился куда-то в сторону, всем своим видом показывая, что никаких посторонних женщин знать не знает и знакомиться не намерен.

Я переглянулся с Танюхой. Та пожала плечами с выражением «я тебя предупреждала».

Мы поднялись в квартиру, и всю дорогу Валера молча и стоически висел у меня на руках. Даже лапы позволил протереть чистой тряпочкой, хотя обычно при любых гигиенических процедурах устраивал концерт с когтями и зубами.

Потом я опустил его на пол, и кот потрусил к своей лежанке. На меня при этом старался не смотреть. Делал вид, что ничего особенного не случилось. Ну, подумаешь, сиганул со второго этажа и полчаса терроризировал весь двор воплями — с каждым может случиться!

Диана проводила его взглядом и хихикнула:

— Он у тебя как собака. Только хозяина признает.

— Угу, — буркнул я, глядя на торчащий из лежанки серый облезлый хвост. — Хуже.

Потом помог Диане снять пальто и предложил:

— Заходи, чаю попьем.