Вскоре машинку сменили ножницы, состригая лишнее, и вдруг сбоку раздался знакомый голос.

— Это же вы?

В соседнее кресло уселась Майя, та самая аптекарша, которая в прошлый раз отказывалась продавать мне противогрибковую мазь для Валеры, а потом все-таки уступила под давлением очереди. Сейчас ее темно-русые волосы были распущены и лежали на плечах мягкими волнами, а рядом с ней стояла другая парикмахерша, женщина лет пятидесяти, выкрашенная в рыжий цвет.

— Здравствуйте, Майя, — поздоровался я, слегка кивнув. — Да, это я. Наверное.

Система активировалась сама, без моей просьбы, словно уловила направленный ко мне интерес:

Сканирование завершено.

Объект: Майя, 20 лет.

Доминирующие состояния:

— Удивление искреннее (62%).

— Любопытство доброжелательное (58%).

— Осторожная симпатия (формируется) (41%).

Дополнительные маркеры:

— Легкое смущение (вегетативная реакция — румянец на щеках).

— Открытая поза, корпус слегка наклонен вперед (интерес).

— Нет признаков презрения или недоверия.

Интересно. Значит, я ей небезразличен. Это было удивительно, учитывая, что видела она меня лишь раз, и то в неприглядной форме, но ужасно приятно.

Кто бы рассказал, не поверил бы. Может, у нее пунктик на высоких толстяках?

Но продолжения не было. Я молчал, не зная, что сказать, а Майя, похоже, не собиралась продолжать общение, подавив свою «осторожную симпатию».

Повисшую тишину нарушал только монотонный шум фена и щелканье ножниц Виктории.

— Как ваш котенок? — спросила Майя наконец. — Мазь помогла?

— Помогла, — кивнул я. — Валера уже почти здоров. Лишай проходит, шерсть отрастает местами. Ест за троих и орет, требуя внимания. В общем, типичный вздорный подросток.

Майя улыбнулась, и лицо ее стало мягче.

— Я рада, — сказала она тихо. — Знаете, я тогда переживала, что не продала вам мазь сразу. Правила, конечно, — это важно, но котенку хуже бы не стало. Думала потом об этом, укоряла себя.

Надо же… она запомнила. Хотя сколько таких клиентов перед ней мелькает каждый день? Видимо, действительно я ей приглянулся.

— Все нормально, — заверил я, глядя на ее отражение. — Я не в обиде, правда. Тем более что все хорошо закончилось.

Виктория, работавшая над моей головой, тихо хмыкнула, явно слушая наш разговор с интересом, но в беседу не вмешиваясь.

— Ну и хорошо. — Майя улыбнулась шире и откинулась в кресле.

Виктория закончила минут через десять, помыв мне голову и уложив волосы гелем так, что в зеркале на меня смотрел совершенно другой человек. Представительный, аккуратный, с короткой стрижкой и ясным взглядом.

— Красавчик, — оценила Виктория, любуясь своей работой и стряхивая с моих плеч остатки волос широкой мягкой кистью. — Идет вам. Прямо другой человек получился.