Критическое негативное влияние на сердечно-сосудистую и нервную системы!

Обнаружены признаки эмоционального истощения.

Ресурсы организма на пределе.

–4 дня 12 часов от

продолжительности жизни.

Капец, в общем. Хотел того или нет, но я все же не робот, а потому разозлился.

Обернувшись, посмотрел на здание больницы и спокойно, без эмоций, проговорил:

— Посмотрим еще, у кого яйца крепче!

И, скорее всего, это были уже мои мысли. Просто безо всякой интеллигентной шелухи.

* * *

Не заходя домой, я отправился прямиком на трассу. К счастью, Казань, как и любой другой город, была достаточно растянута территориально, так что кое-где на окраинах оставались «слепые» локации, где ни камер, ни патрульных постов за каждым деревом не было.

Поэтому я выбрал небольшую безлюдную улицу, где находились какие-то промышленные склады, ангары, недостроенные здания и прочая ерунда. По навигатору прошел по ней, пару раз свернул и оказался на трассе.

Машины здесь неслись в несколько рядов с такой скоростью, что у меня чуть шапку не снесло. Я прошел еще какое-то расстояние, и да, действительно нашел остановку. Судя по указателям, где-то неподалеку располагалась деревня Константиновка. Я сел на лавочке и только тут перевел дух.

Фух, руки тряслись, совершенно как у древнего старика. От острого чувства несправедливости, обиды и неопределенности будущего (и страха смерти) меня накрыла паника.

Опять тренькнула Система, и я взглянул на уведомление:

–5 часов от

продолжительности жизни.

Внимание! Функциональность Системы понижена до 1%!

Невозможность полноценного мониторинга состояния организма.

Вот же скотская жизнь. Негодяи Харитонов и Хусаинов отняли у меня сегодня суммарно практически пять дней жизни. И, к сожалению, все то, чего я добивался эти дни правильным питанием, физическими упражнениями, дыхательной гимнастикой, не просто откатилось назад, а резко ушло в большой минус. И Система снова урезала функциональность.

Я сидел на продуваемой всеми ветрами остановке (стекло из боковой стенки было выбито) и чувствовал, как остро ноет сердце, отдавая в правой руке, как горят уши, как стучит кровь. И понимал, что еще чуть-чуть — и придется мне с этим телом распрощаться.

Ну что ж, Серега Епиходов из города Казань, прости меня, я попытался, но не смог, к сожалению.

Тем временем рядом притормозила большая фура, на которой было написано «Жатецкий гусь». Я почти резво вскочил и подошел к открывшейся двери. Водитель, парень лет тридцати, выпрыгнул на асфальт и прошелся вокруг фуры, стуча ногой по колесам.

— Спустить бы надо, — ворчливо бросил он мне, найдя собеседника, затем развернулся и спросил: — Закурить есть?