— Ну, если тебе нужен был тот, кто из дерьма сделает конфетку, то не по адресу обратился. Это к комсомольским вожакам надо было обращаться. Они бы понастроили «Потёмкинских деревень»[2].

— А то я не знал, кто у нас горазд по этой части. Только ты забыл вторую часть этого изречения: «это будет конфетка из говна»[3] И ты забыл, что она сама из их союза свободной немецкой молодёжи, и прекрасно умеет это делать сама. Рыбак рыбака видит издалека. Нужен был именно непрофессионал, убеждающий всецело своей искренностью. А это ты завалил, так как искреннего желания показать нашу жизнь у тебя не было. То есть, было одно искреннее желание — поскорее отделаться, и ты ей дал это почувствовать вполне ощутимо.

— Вот если такой умный, сам бы и проводил экскурсию и всё прочее. Тоже раскомандовался. За собой лучше последи. Очень ты искренен и много рассказываешь. Как что обсуждать начинаете, то меня и Верочку выгоняете. Мы с ней, даже недостойны доверия. Какие-то парии. А меня и вовсе кличешь джуниором, и все в школе за тобой стали так обращаться.

— Ты зря кипятишься, есть такая проблема. Но какая у тебя форма допуска? Никакой. Вот и не имеем права ряд работ при тебе обсуждать. У отца лучше спроси, всё ли он имеет права рассказывать? У Веры та же проблема. И к работе привлечь, для оформления допуска тоже не можем. Ещё не готовы, в профессиональном плане. Зачем, спрашивается, я с тобой занимаюсь? Спроси, у кого хочешь, сколько у меня работ? Вот будешь полезен для их выполнения, так сразу и припашем.

— Так я ещё и направление на каторгу, должен заслужить своей примерной учёбой?

— А ты не иронизируй. Эта каторга, для учёных и составляет смысл жизни. Что говорит отец по поводу новой работы? Жалуется или доволен?

— Ну, доволен. И не собирается менять ни на что другое.

— А сколько в день он работает? Уж не менее десяти часов, как я знаю. И все нормы КЗОТ по боку, и перерасчёт зарплаты с повышенной оплатой сверхурочных. Хоть кто-то интересовался подобным из его коллег?

— А я откуда знаю. Он ничего про работу не рассказывает.

— Вот, именно. Ничего не рассказывает. Потому что у него такая же форма допуска, что и у меня. А ты требуешь, чтобы тебе всё объясняли. А как насчет ветхозаветного — «кто умножает познания, тот умножает и скорбь». Тут это четко прослеживается. На данный момент для вас с Верочкой — это лишнее знание, и головная боль не только для вас, но и компетентных органов.

— Вот опять, ты один прав, а все остальные дураки и недоумки. Вон Верочка, рвет жилы — занимаясь, чтобы хоть капельку соответствовать, мне приходится из штанов выпрыгивать, чтобы быстрее осваивать новое. Все мы постоянно учимся. Твоя бабушка и вовсе в рот тебе смотрит, и всё за тобой записывает. Все вокруг вертятся, лишь бы поспевать за твоими указаниями.