— Егор, это просто лекарства, — сказал я, понимая, что он подумал.

— И что за это лекарства? — скептически посмотрел на меня Егор. — С твоей регенерацией на тебе всё заживает в считаные дни и даже часы. Зачем тебе лекарства? Это на них ты тратишь деньги?

— Егор успокойся, это не то, что ты подумал, — ответил я, внутренне понимая ход его мыслей.

— Тогда что же? — сухо спросил Егор.

Я помолчал, подбирая слова.

— Это отсрочка смерти Егор. Вчера я был у Натальи, которая Арзет, и оказалось, что я болен. Пока всё идёт к тому, что у меня периодически появляются приступы, подтачивая меня, которые должны, в конце концов, просто доконать меня. Наталья смогла только дать мне эти лекарства для того, чтобы замедлить процесс. Пока она не может сделать большего. Я не стал никому говорить — ни тебе, ни Анне.

— Ну-ка, рассказывай, — ещё больше нахмурился Егор.

— Помнишь того человека, про которого я когда-то рассказывал? Именно того, с которого и началась моя история. Не Виноградов, а другой тип, который попросил меня купить ему книгу. Так вот, и я рассказывал тебе, что он встретил меня после работы на крыльце и напал со стилетом, пробив ладонь. Так вот, Егор, с этого момента начались неприятности. Сначала я не замечал, что ладонь немного болела, списывал это, естественно, на ранение и всё такое прочее. Потом начались резкие и периодические вспышки боли, когда я напрягался или как-то задействовал свои силы.

— Совсем недавно, когда была стычка с Бурлаковым, который подсел на эти новые наркотики, меня просто очень сильно обожгло болью, и я поехал проверяться к Арзет. Как оказалось — это был не просто какой-то порез или укол, это была какая-то техника. Как сказала Наташа, вроде пучка Лебена или потока, который пытается уничтожить меня. Я крепче, чем обычный человек, и крепче, чем одарённый, поэтому моё тело сопротивляется. Но когда я использую свою силу, организму не хватает энергии, чтобы сдерживать это заболевание, и начинаются резкие вспышки боли. Настолько сильные, что у меня просто мутнеет в глазах. Наталья ищет способ, чтобы остановить это, пока она смогла только дать мне эти препараты, которые замедляют заболевание.

Егор перестал хмуриться и лицо его разгладилось.

— В самом деле? — спросил он. — Костя, тогда зачем тебе этот бешеный сбыт? Зачем тебе эти продажи?

— Понимаешь, Егор, я решил сделать хоть что-то, пока я жив. Я решил обеспечить Анну, чтобы она могла жить дальше даже после моей смерти, и ни в чём не нуждаться. Я хотел построить если не квартал, то просто высотку, которая бы просто принадлежала ей. После моей смерти всё моё имущество отошло бы ей. И бизнес с мясом, и духи Майера, и что он там планирует сделать — всё досталось бы ей. Тогда она смогла бы жить дальше…