Я отпаивал Сюсюкина зельями, которое мне уже дали другие военные земельные аристократы. Адвокат постепенно приходил в себя, цвет лица улучшился. Оглянулся: тревога продолжала орать, никто не смотрит.

Положил руки на юриста, закрыл глаза. Твою мать… У него в голове гематома огромная, и она разорвалась. Кровища давит на мозг. Ещё немного, и он кони двинет. Сука…

Риск? Да. Вариантов? Нет. Оглянулся. Никто так и не смотрит.

Воспользовался моментом и активировал своё лечение седьмого ранга. Магия потекла через руки в тело Сюсюкина. Я чувствовал, как источник истощается, энергия уходила мощным потоком.

Прошёлся по всем основным ранениям адвоката. Сломанные рёбра срастались. Внутренние кровотечения останавливались. Ушибы рассасывались. Главное — гематома в голове, она уменьшалась, кровотечение почти исправил. Пот тёк по моему лбу. Давай! Не вздумай подыхать после всего… Я опустошил источник почти полностью, но результат того стоил.

Шереметев заметил мои манипуляции. Как он оказался рядом? Был же у выхода. Когда я закончил, мужик кивнул с уважением.

— Седьмой ранг? — уточнил он негромко.

— Да.

— Редкость для вашего возраста, — заметил граф. — И потратить столько сил на простого адвоката… Благородно!

Наконец-то судья выбрался из-под своего стола. Мужчина дрожал как осиновый лист. С удивлением посмотрел на оставшихся охранников без сознания, перевёл взгляд да меня и увидел, что я окружён присяжными и помогаю Сюсюкину.

— Благодарю! — кивнул я Шереметеву.

— Не стоит, — хмыкнул мужик. — Ты, может быть, предатель, но один из нас — аристократ и военный. Я увидел, как ты действовал. Единственное, что тебя беспокоило, — помочь своему.

— Да! — подхватил Багратионов. — Такие военные и нужны нашей стране. Не то что эти… — он презрительно кивнул на Каменева. — Которые в суде магией размахивают.

Повисло скупое мужское молчание. Они бросали на меня понимающие взгляды.

Нессельроде подошёл ближе:

— Мы служили и видели разных офицеров. Те, кто дерутся за своих, — стоящие. А те, кто прячутся за чужими спинами, — дерьмо.

Шереметев согласно кивнул:

— По поступкам человека судят, а не по обвинениям.

— Суд прерывается! — наконец-то объявил судья дрожащим голосом. — Магинского в камеру! Пострадавшим оказать помощь, адвоката отправить в больницу.

— Нет! — оборвал его.

Голос прозвучал резко, властно. Судья вздрогнул и попятился.

— Нарушение порядка в суде! — повысил голос мужик в мантии. — Нападение на охрану и обвинение, применение магии… Штраф пять миллионов.

— Плевать! — оскалился я. — Мой юрист будет в моей камере всё время суда! Сможет выйти, когда захочет, но в больницу он не вернётся.