Моя поверхностная разведка… Надеялся, что сначала просто попугают, а они тут же все козыри на стол выкинули. Из-за этого я показал свои.

В сознании неприятно кольнуло: «Бабочки… Их стало в два раза меньше, потеряно слишком много. Восстановить популяцию удастся, но нескоро».

Монстры показали высокую эффективность в бою. Жаль! Хорошо, что гусеницы по большей части остались живы. Их паутина блокировала даже заклинания пятнадцатого ранга — впечатляюще. Бесценные экземпляры, нужно будет разработать стратегию их использования. Сосредоточиться на защите, а не на атаке.

И самое главное… Мой голем. Вот тут аж всё крутит от злости. Воспоминание острое, как нож. Его разорвало от атаки генерала. Взрыв силы, и каменная плоть разлетается осколками.

Сука… сука… сука… Если бы Вон Тон остался жив, сам бы устроил ему самую сладкую смерть из имеющихся. Урод! Зубы непроизвольно сжались, челюсть напряглась до боли. Ярость внутри словно помогла. Отлично! Злость — хороший мотиватор.

Тогда подкинем дровишек, вспомним потери во всех деталях. Тени Магинского — минус тридцать пять штук. Духи остались, но другие?.. Внутренний хомяк плакал. Хранитель ресурсов внутри меня скорбит о каждой потерянной единице. Нет, он рыдал. Хотя уже началась истерика: бьётся лапками и пищит, прям захлёбывается слезами.

«Изверг! Душегуб! Тиран!» — как только меня не называли.

Давайте открывайтесь, глазки. Попытка. Мышцы лица напрягаются, веки дрожат, и… У меня получилось. Кое-как разлепил веки. Боль тут же накатила волной, словно штыки вонзились в глазные яблоки. Свет — тусклый, едва заметный, но он жалит зрачки раскалённым железом.

Я передумал, возвращайте меня обратно. Захлопнул глаза. Темнота, приди. Мало мне, что ли, сложностей? Живот, руки, ноги, рёбра и отсутствующая кисть — всё кололо, болело, пульсировало, горело… Список можно продолжать.

Огляделся. Я где-то лежу. Только темно. Ночь? Сколько я без сознания? Часы? Дни? Чёрт, как не вовремя! Армия императора у стен, а я валяюсь.

Попытался двинуться. Твою мать! Какого хрена я весь в бинтах? Тело не слушается, будто не моё. Рука дёрнулась в попытке пошевелиться, и тысяча игл вонзились в мышцы. Голова кое-как двинулась, и я увидел, как меня замотали, — белые полосы ткани от шеи до пят. Перебинтованная культя вместо правой кисти. Грудь стянута так, что дышать тяжело.

Они решили, что я помер, и мумифицировать собрались? Напряг руку и потрогал голову — тоже в бинтах. Ух… Нормально, так я ещё в себя не приходил. Запишем в список достижений Магинского.

— Па-па? — прозвучало рядом, сначала неуверенно.