— Ладно бы там девушка была или две, — хмыкнул, глядя на его реакцию. — А это же тварь.

— Ваша сила меня радует нисколько не меньше, чем возможная связь с дамами и продолжение рода, — серьёзно ответил слуга. — Кстати об этом. Госпожа Требухова очень хочет с вами поговорить.

— А я сейчас где? — вопросительно глянул на него.

— Вы уехали в город, — без запинки ответил Жора. — А перед этим отбивали атаку монголов, ещё раньше — охотились. Но долго продолжаться так не может, вам нужно с ней поговорить. Госпожа Вероника ваша…

Жора внезапно замолчал и напрягся. Его источник активировался. Медвежонок, проснувшись, сейчас с интересом обнюхивал ногу гостя. Слуга старался держаться невозмутимо, но я видел, как подрагивают его пальцы. Что бы он тут ни говорил, рефлексы и чувство опасности никуда не делись.

— У меня ещё есть несколько незавершённых дел, — ответил я, наблюдая, как медвежонок тычется носом в ногу Жоры, оставляя влажные следы на начищенных до блеска туфлях. — Как только разберусь, вернёмся к вопросу Требуховой.

— Перевёртыши… — произнёс Жора с явным облегчением, отступая на шаг от любопытной твари. — Наконец-то приехали люди с артефактом. Они с утра проверили всех слуг и наших людей. Больше этих существ в доме нет.

— Отлично, — мой взгляд упал на остатки одежды Маргариты, разбросанные по полу. — Пусть у меня уберутся. И это… Попроси, чтобы сделали какой-то вольер или клетку для этого засранца. Всю кровать испачкал своей слизью.

Медвежонок, словно поняв, что говорят о нём, поднял морду и издал обиженное «фыр». Чешуя на его спине слабо засветилась, между пластин заструились тонкие ручейки воды.

— Господин! — Жора сделал шаг ко мне, его голос стал тише, почти шёпот. — Никто не должен знать о вашей связи с монстрами. Никто! — в глазах слуги читалась тревога. — Даже друзья могут стать врагами.

— Хорошо, — кивнул, понимая его беспокойство.

Сжал кристалл в руке, размышляя о том, как научиться лучше им управлять. И тут произошло неожиданное. Мишка вдруг покрылся дымкой, его тело стало полупрозрачным и начало втягиваться в камень, словно вода в воронку.

Жора застыл с открытым ртом, глядя на это представление. Его глаза расширились от изумления, как у ребёнка, увидевшего лучший фокус в мире. Даже обычно невозмутимая маска лица дала трещину.

Я вышел из комнаты, чувствуя, как мои многоглазые питомцы тут же начали двигаться, бесшумно скользя по стенам. Их присутствие успокаивало. Смертоносные охранники, невидимые для всех, кроме меня.

Солнце уже стояло высоко, когда я вышел на территорию. Люди СБИ всё ещё были здесь. Чёрные мундиры мелькали между домами, как вороны на кладбище. Горбачёв выполнил моё предложение остаться. Но я понимаю, что долго так продолжаться не будет.