— Ты! — указал на девушку, замечая, как она вздрогнула. — Хочешь поехать со мной в Томск?
— Что? Да! — её глаза загорелись, как два уголька.
— А ты? — повернулся к Лампе.
— Конечно… — оживился рыженький, и веснушки на лице, казалось, засветились. — Это же большой город, там много всего интересного.
— Сделаете эталонку третьего уровня, — улыбнулся, наблюдая за их реакцией, — обещаю вам не только поездку. Устрою развлечения, куплю новые вещи… Что захотите.
— А свидание? — тут же ухватилась за возможность Ольга, её щёки порозовели.
— Будет, — согласился, отмечая, как загорелись глаза девушки. — А тебе, Лампа, выделю комнату побольше. Сможешь жить со своей подругой, когда у вас всё станет серьёзно.
— Правда? — голос рыженького задрожал от восторга.
А теперь закрепим результат. Я притянул к себе Смирнову. Её губы оказались мягкими и тёплыми. Краем глаза заметил, как вытянулись лица у прибывших алхимиков.
— Не подведи меня, — прошептал ей на ухо, чувствуя, как она дрожит.
Ольга застыла, словно статуя. Её пальцы коснулись губ, а щёки залило таким румянцем, что казалось, девушка вот-вот загорится.
— Оставляю их на вас, Игорь Николаевич, — бросил я Смирнову, который смотрел на меня с каким-то странным выражением лица.
Под всеобщие удивлённые взгляды я выскочил под дождь, чувствуя, как холодные капли остужают голову.
Ну что ж, господин новый ставленник императора, давайте познакомимся…
Глава 7
Подошёл к воротам вместе с Витасом и мужиками. Ружья готовы, пулемёт — тоже. Патронов пока нет, но как средство устрашения пойдёт.
Свет фар от пяти машин бил в глаза, превращая капли дождя в серебристые нити. Под большим чёрным зонтом стояли двое — мужчина в военном кителе и уже знакомая мне Саша.
Жмелевский выглядел внушительно: высокий, с военной выправкой. Его китель сидел безупречно, несмотря на непогоду. Седые виски только подчёркивали властное выражение лица. Глубокие морщины залегли у глаз, и складка появилась между бровей. Взгляд — цепкий, оценивающий.
Я вышел со своей территории и направился к гостям, грязь чавкала под ногами.
— Магинский Павел Александрович? — голос Жмелевского звучал уверенно и твёрдо.
— Он самый, — кивнул в ответ, отмечая, как дёрнулся шрам на его левой щеке. — А вы?
Саша метнула в меня недовольный взгляд своих разноцветных глаз и поморщилась, будто съела что-то кислое.
— Жмелевский Виктор Викторович, — представился мужчина, расправляя плечи. Капли дождя стекали по его погонам, — новый ставленник в этой местности. Приехал лично представиться земельным аристократам, которых, кроме вас, как оказалось, больше нет.