Тем не менее я замер у высокого металлического забора с пиками и камерами в первом часу ночи. Перед этим внимательно осмотрел всю окрестность и территорию. Но не нашёл ни одного места, где бы площадку не просматривала камера.

Это было первой трудностью. А вот второй — окна этого трёхэтажного особняка. Они были выполнены на мотив мозаики и разбить такое, чтобы пробраться внутрь, будет ошибкой. Будет слишком звонкий звук и слишком громко.

Что говорить про остальные трудности? Я не знал ни плана особняка, ни сколько людей там в данный момент и уж тем более не знал, сколько мне придётся искать её, даже если я найду путь в это место.

Лезть на рожон и внаглую я не собирался. Поэтому выжидал момента. Любого. Будь то такси, люди, которые бы возвращались вовнутрь. Но до трёх часов утра вокруг ничто и никак не менялось. И лишь когда ветер усилился, на единственной дороге, которая вела на этот отшиб, я заметил свет.

Пулей, как рысь, рванул в сторону дороги, перепрыгивая сугробы, и на просёлочной дороге, частично занесённой снегом, увидел скромный грузовичок. С одним-единственным водителем, который даже носителем не являлся. Вот он-то и стал моей путёвкой в это защищённое место.

Я дождался, пока машина проедет мимо и всё в той же манере «быстрых ног» догнал её, ухватился за выпирающую деталь кузова и залетел под днище, где уже прицепился к баку глушителя и «прижался» ко дну грузовика.

Молился, надеялся, что грузовик будут осматривать лишь внутри, и, пожалуй, судьба в этот раз была на моей стороне. Нас пропустили после осмотра кузова, и спустя пару минут, машина снова остановилась, но уже почти у самого особняка.

Чуть свесился, посчитал количество человек вокруг и принял решение ждать дальше. А вышёл лишь после того, как машину начали разгружать. Прикинулся грузчиком, натянул капюшон посильнее на голову, подхватил ящик с фруктами и, замыкая колонну из таких же «людей», но более озябших из-за ветра, спокойно пробрался на склад.

Положил свой груз и тут же вильнул за заполненный продовольствием стеллаж. А там и вовсе растворился во тьме, подслушивая случайные разговоры.

— … пятый и последний, — грубый, пропитый мужской голос, отчитывался перед кем-то. — Вы извините, господин, за задержку… дорога, сами понимаете…

— Чтобы это было в последний раз, — ответил более «свежий», мужской. — В противном случае, Иван, я найду другого доставщика.

— Но погода…

— Подобная погода говорит лишь о том, что вам нужно раньше выезжать. Но никак не за два часа от начала пурги. В следующий раз думайте, перед тем как опаздывать.