— И что тебе показывает твоё видение?
— Из трёх девиантов, которые здесь есть, не учитывая меня и не учитывая то, что в Ярославе, я не вижу девианта и не вижу его сердца, я самый сильный. Остальные — третьесортный мусор.
— А может, — неожиданно заговорил Жожоба, — всё потому, что Ярослав сильнее тебя, поэтому ты не видишь его сердце?
После его слов я был готов убить его прямо здесь. А затем… ну да, умереть за общим столом после цепких клыков Фёдора. Но тот выбрал другую реакцию и просто расхохотался. Затем в манере Жожобы ударил меня по плечу, точнее, попытался похлопать. Но так, что у меня чуть плечевой сустав не вышёл погулять.
— Нет, Вова, — после серии смеха, ответил девиант, — в нём слабо развит мутант. Поэтому я воспринимаю его только как мага.
— Резонно, — ответил Владимир Петрович. — А если нет⁈
— А если нет, — парировал девиант, — его бы тут не было. Я бы сожрал его ещё в аэропорту. Сам знаешь, я коллекционирую таких, как он.
Теперь меня, откровенно говоря, начало трясти. И нет, не от страха, а от ужаса перед глазами. Неужели этот старый хрыч напал бы на меня прямо там, в зале ожидания? Неужели ему настолько наплевать на человечность и на окружающий мир, что он ради усиления, готов убить на глазах у всех?
Правда, моя реакция позабавила носителей сильнее прошлого высказывания.
— Вот видишь, Вов, — меня вновь хлопнули по плечу, — он меня боится. О каком превышении моих навыков идёт речь?
Глава 10
Просидел я в компании старых приятелей до самого позднего вечера. И был несказанно рад, когда меня отпустили по своим делам.
Из беседы с двумя сильнейшими носителями я понял лишь одно. Они оба — безумцы. Если безумство Владимира Петровича было нарисовано у того на лбу, то безумство девианта было для меня запертой дверью. Я не знал даже, чего от него ожидать. Просто не знал.
Вишенкой на торте был мой уход из торгового центра. Я вышел не через парадный вход, как хотелось бы, а через крышу, потому что Жожоба настоятельно порекомендовал мне уйти по-тихому, чтобы сегодняшние недоброжелатели не встали на мой след и не попытались убить.
Именно на этой треклятой крыше я встретил первых недовольных. Ими оказались два пси-мага, которые принадлежали семье Ветровых. Их я узнал по характерной эмблеме и по знакомому отголоску силы на сердце, который я видел у главы их рода.
Причина нападения на меня была простой. Я, по их мнению, прихвостень. Самый жалкий на свете, недостойный жизни раз работаю на такого монстра, как на Жожобу.
Возражения в виде, что я ни в чём не виноват, и что я обычный наёмник, с ними не сработали. Поэтому пришлось остудить их пыл. Но тут я, откровенно говоря, переборщил. То ли оттого, что симбионт внутри меня протестовал из-за силы вокруг меня, точнее, из-за сильных носителей, которые были опасны для меня, то ли из-за того, что я дал волю эмоциям. Тоже под действием такой опасной близости с Сумкиным.