— Про сиськи не забудь, — говорит ей Писс-Дум.
— Сиськи для бабы это важно, — умозаключает Гон-Донн. — Особенно большие.
— Да, — соглашается с ним брат. — Нужны большие сиськи.
— А насколько большие? — интересуется Совершенство.
При этом пузыреобразные выпуклости в районе ее груди начинают то резко увеличиваться, то сдуваться.
— Идеальная женская грудь должна помещать на своей поверхности пару мужских ладоней, — советует ей Писс-Дум. — И еще место должно оставаться.
— Не слушай их! — вклиниваюсь я в разговор, глядя как цельный крупный шар надувается на груди гуманоидноподобного существа. — Все части тела должны гармонично сочетаться. Смотри на те образы, которые, как ты говоришь, у тебя есть от отцов.
Чуть подумав добавляю:
— Ну, конечно, прикольно будет, если грудь все же будет покрупнее, но это не так важно, как говорят хоббиты.
— Да ты просто ненастоящий мужик! — возмущается Гон-Донн. — Настоящие мужики никогда не отказываются от огромных дынек! Тьфу!
— Тьфу на тебя! — добавляет его брат.
— Ну так к троллям валите! — не выдерживаю я. — У них по-любому большие!
— А то! — соглашается Писс-Дум. — Это только Молчуну, деду Буги, подфартило. А мы в пролете! Вот зачем ты по больному месту⁈
— Умеешь в душу насрать! — бурчит Гон-Донн — Настоящий Макс бы так не сделал.
Я хоббитам больше ничего не говорю. И сами они молчат. Обиженки, блин!
Лиси, тем временем, не теряет время зря. На бегу совершенствует пустотелую оболочку. Хотя, не совсем пустотелую. Иногда в прорехи заметны внутренности. Там куча всевозможных перемычек и дополнительных скоплений и узлов из нитей и отростков.
Конечности гуманоиднообразного тела утончаются. Постепенно в них проглядывают женственные черты. В остальных частях тела тоже. Даже в лице. Из-под слишком длинных колышущихся на ветру ресниц выглядывают хитрые глаза. По форме они немного напоминают лисьи. А вот их цвет плавно перетекает из темно-коричневого в золотисто-желтый и далее в ярко-зеленый. А потом обратно чуть ли не до черного цвета. Зрачок тоже меняется. То он обычный, круглый. То вертикальный, узкий, звериный.
Нити и ленты, что изображают волосы, тоже меняют длину и даже, немного, оттенок.
Ох, уж это женское непостоянство!
Зато, Лиси не нужны ни парикмахеры, ни косметологи, ни всякие пластические хирурги. Когда захотела, тогда и поменялась. Не зря ее некий Псих Совершенством назвал.
Через некоторое время мы добегаем до места, к которому вел нас Леха.
Теперь стоим на полянке и смотрим, оцениваем…
Первым тишину нарушает Гон-Донн, что, видимо, уже насмотрелся на то, что тут происходит.