— Спасибо, — произнесла Офлея, откладывая секиру и принимая в руки…
Трудно сказать, что это, похоже на какой-то неказистый кренделёк. Наверное, остатков муки на большее не хватило. Сверху скромный десерт оказался посыпан сладкой крошкой, то что осталось после вчерашнего ужина хозяина.
— Нравятся мои татуировки? — Дикарка заметила, что Нека никуда не уходит и пристально изучает странные узоры на бедре. — Этот рисунок олицетворяет ветер Фир, что приходит с востока и несёт благословение в самые трудные времена…
Чуть ниже, на голени, расположись хаотичные с множеством искривлений линии. В запутанном, но едином рисунке застыл Вер, ветер запада, за которым всегда следуют перемены.
На лице тоже находились татуировки. На лбу и под глазами воительницы племени Праутеи обычно изображали южный ветер Онт. Он всегда встречал всех захватчиков, вселяя в их сердца настоящий ужас.
Но их шепот покинул Офлею в день появления в Эдеме. Не слышен голос Фира, который обычно всегда помогал быть крепче. Взгляд дикарки до сих пор пугает врагов, но не слышен вой Онта. Исчез даже Вер, который не только подгонял ноги, но и помогал осваивать нечто новое. Без них было очень тяжело.
Остался только тихий шепот Эрея, приходящего с севера. Самый верный из ветров, который никогда тебя не бросит.
Глава 16
— Как красиво! Огонь, конечно, пугает, но в то же время завораживает, — восхитилась тёмная эльфийка, сидящая на трибуне арены Шурво.
Лансемалион Бальмуар уже переместился чуть ближе к центральным местам, оставив хамоватого Брула Кир’Раэла и озлобленного ксенофоба Унарела Велдера сидеть в одиночестве с краю.
Теперь по соседству, снова не случайно, оказалась довольно милая и вежливая Меглисия Арн’Адрид. Она являлась алетисом, однако в отличии от того же Велдера, прекрасная женщина оставалась довольно независимой. Шурво так и не смог взять её под полный контроль.
В свою очередь Меглисия, очевидно, не очень доверяла главному на этой трибуне проходимцу. Однако продолжала играть роль в спектакле, надеясь получить собственную выгоду. И это у неё вполне получалось, пусть и с переменным успехом. Её рабы выступали на арене, приносили доход и дела в целом обстояли довольно недурно. К тому же ей принадлежал серьёзный процент акций арены, так что госпожа Арн’Адрид могла вполне серьёзно влиять на те или иные вопросы в организации боёв. Это не нравилось господину Шурво.
— Это же спиральные огни Барогура, ведь так? — тихо спросила Меглисия и перевела взгляд к своему соседу, чья рабыня сейчас и выступала. — Это не очень энергозатратный приём, но весьма трудный в техническом исполнении.