Некоторые рабы всё это поймут сами и смирятся, после чего начнут тратить свои награды на различные блага. Другие продолжат копить, после чего умрут и их накопления, разумеется, перейдут к хозяину. Иначе никак. Покупать каждому своему рабу гражданство аристократ просто не может, как и содержать их за свой счёт в тепличных условиях до конца их жизни.
Да и сам Ланс опять же не защитник невинных, он сильный маг, аристократ, работорговец, но не святой спаситель во плоти.
Глава 3
— Господин Бальмуар, приехала повозка с мебелью… — раздался голос Гнарга, который на удивление бесцеремонно вошёл в рабочий кабинет. — О, прошу прощения… Я, видимо, зашёл не вовремя.
— Ничего страшного, — довольно спокойно произнёс Ланс, вылезая из горячих объятий своей рабыни. — Но в следующий раз стучись прежде чем зайти.
— Да, так и сделаю. Просто что-то задумался… — чемпион арены прокашлялся, отводя взгляд вовсе не из-за смущения, возможно из-за некоторой культурности. — Подожду вас там.
Не то чтобы Гнарг прямо уж являлся представителем интеллигенции своего народа в прошлой жизни. Всё же он именно что воин, который рубит своей секирой противников на части, отрывает головы врагам и делает из их костей зубочистки, а из черепов — чаши. О какой интеллигенции вообще может идти речь?
Скорее дело просто в том, что Гнарг считает своего спасителя чем-то вроде великого воина, наставника и вождя в одном лице. А вещи вождя и старших трогать нельзя, как и лишний раз глазеть на их самок. Самок в множественном числе, потому что во многих народах чёрных орков процветает, как уже можно догадаться, некий культ силы. И самые слабые самцы очевидно находятся внизу иерархии, а ещё, так сказать, лишаются права на размножение. До тех пор, пока не докажут свою силу, делается это обычно победой в битве. Самые сильные, очевидно, могут позволить себе гарем.
Довольно варварская и архаичная традиция, которая уже редко встречается в современных мирах Совета, но всё же подобная практика имеет место быть особенно в древних культах воителей и во всяких отсталых племенах. Таким образом якобы отсеивается «слабая» кровь. Ну и, наверное, не стоит пояснять, что бывает с теми, кто лезет в шатёр к вождю во время его отдыха с его же жёнами.
Так что скорее всего Гнарг решил покинуть комнату не из-за смущения, ведь чего он там не видел. Возможно в какой-то степени из-за культурности, но скорее всё же именно из-за опасения получить под дых от великого воина, в личные покои которого он ввалился.
В любом случае нужно будет с Гнаргом ещё раз поговорить и настойчиво объяснить ему правила поведения. Всё же теперь он не раб. И если он уже провёл параллель рабочего кабинета аристократа с шатром вождя, то неизвестно что ещё придёт в его чёрную голову.