В целом этот базовый набор выдают почти все рабовладельцы, которые занимаются заработком, а не самоутверждением за счёт слабых. Однако этого тоже маловато, особенно если речь идёт о живом товаре высоко качества, вроде личной прислуги.

Требуется ещё и создание особой атмосферы. Раба требуется, прозвучит несколько странно, уважать. Нет, речи как об отношении с равным не идёт. Однако нужно подмечать его успехи. Если тот вычистил до плеска плитку, то его следует похвалить, дать честную оценку его работы. Таким образом он не будет чувствовать себя бесполезным отбросом, которого можно легко заменить. Он ощутит себя хоть сколько-то нужным, у него не будет внутренних проблем из-за убитой в ноль самооценки. И пусть это останется иллюзией, но эту иллюзию лучше поддерживать.

В результате всё это приведёт не просто к послушанию и верности, но ещё и послужит превосходным фундаментом для его развития. Такой раб будет учиться куда быстрее, а следовательно он будет и приносить больше дохода. И всё это довольно сложно реализовать на практике, ведь даже в теории в одном предложении умудрились поместиться «раб» и «нормальная самооценка». Но Эдем посвятил созданию иллюзий всю свою историю, при чём эти иллюзии предназначаются не только для рабов.

Тем временем рядом за стол села Ада, которой позволялось есть рядом с хозяином. Также здесь присутствовали столовые приборы для Гнарга и для того, за чей счёт сегодня все будут обедать.

Сама же Нека кушала в другое время, как ей было удобнее. Поэтому сейчас кошечка активно суетилась вокруг. Она явно не успевала, но жаловаться Ланс не стал, по крайней мере вслух.

— Приятного аппетита, — совсем тихо и едва слышно произнесла хвостатая рабыня, которая всё ещё была скупа на слова.

— Благодарю, — спокойно произнёс Ланс, то же самое сказала и Ада, после чего Нека сразу же убежала обратно на кухню.

Обед выдался… скучным и посредственным. У второй рабыни явно имелись пробелы в знаниях, что отразилось и на качестве блюд. Нет, ничего не подгорело, даже не пересолено, просто… даже у Вульфа в таверне кормили вкуснее, при всём уважении к владельцу «Золотого окуня». Но кто тут виноват? Это у Ланса всё никак времени не хватает заняться решением этого вопроса. Да и сейчас это, пожалуй, наименьшая из проблем. Подумаешь, еда до пяти благословлений Этия не тянет.

Тем временем на кухне вдруг раздалось мелодичное мурлыканье. Нека любила тихо напевать себе под нос известные только ей мотивы. Почти всегда под них она и готовила.

Ада ещё только начала перемешивать свои специальные добавки во втором блюде, как с кухни выехала довольно крупная тележка. На ней уместился огромный чан с жутковатой серой массой, которая, впрочем, пахла наудивление недурно особенно в сравнении с внешним видом. Правда консистенция оставляла желать лучшего. Рядышком с чаном на подставке находились также тринадцать глубоких тарелок и тринадцать ложек.