— И знаете, что странно, коллеги? — продолжила Милалика свой рассказ, комфортно чувствуя себя в кольце рук мужа. — К нам, в Тридевятое, обычно приходят земляне; Алёнку нам пришлось именно вытаскивать и не самым простым путём, если помните.

— Как не помнить… — тяжело вздохнул Ригер, хорошо помнивший ту историю. — А с этими что не так?

— Либо они изначально родились на Земле, — ответил ему Сергей, тоже царевич, что было вполне естественно, — либо они как-то связаны с нами, потому что в переходный мир попали из космоса.

Тридевятое царство мира Русь было очень интересным образованием. Созданный неизвестно кем мир представлял собой плоскую поверхность, накрытую полусферой неба, при этом существовало разделение не на климатические зоны, а на времена года. Царство было населено людьми, правда, не только, казалось бесконечным по протяжённости, не имело внешних врагов, зато в нём ожил весь эпос и легенды. Но и попасть напрямую в это царство возможным не было — для этого существовали так называемые переходные миры, в котором даже взрослые перерожденцы становились детьми.

— И вот в переходный мир они попали в самую страшную из войн нашего оригинального мира, — объяснила Милалика.

— Подождите, вы хотите сказать, что для них война наиболее комфортна? — удивился Ригер, изучивший базовую структуру Тридевятого.

— Именно, — вздохнул Сергей. — Но и в мире, управляемом их подсознательными желаниями, их умудрились предать.

— Стоп! — произнёс ректор Акаир. — Вспомнил! В мирах Таурис был аналогичный случай, кто-то из демиургов рассказывал. Всё в точности, как вы говорите: и не верят никому, и пугаются…

— В мирах Таурис? — удивилась царевна. — Но тогда они в одной ветви должны быть, что тогда у нас забыли?

— Значит, их мир оказался уничтожен, — ответил ей ректор, — и носителей дара разбросало по ветвям миров. Такое возможно, но пока только теоретически.

— Значит, не только теоретически, — вздохнул царевич. — Как им помочь-то?

— Ну, слушайте, — Акаир припомнил всё, что слышал, принявшись рассказывать.

Подробности воспитания совсем уже детей, виновных только в том, что захватчики решили их уничтожить из-за потенциальной опасности, заставили Милалику ужасаться. Рассказы о вирусе девушку не впечатлили — в Тридевятом вирусы не приживались, потому что сказка, а какие в сказке вирусы? Опасность из космоса вызвала только хихиканье, потому что никакого космоса в Тридевятом не было, значит, и опасности от этих двоих тоже, вот только теперь нужно было помочь им самим…

Милорада не удержалась, расспросив своих детей о том, почему они так испугались. Весь вечер женщина держалась за сердце, с трудом осознавая факт того, что детей могут забирать у родителей, вынуждая тех отказываться от своих чад, а затем испуганных, одиноких деток ждала лишь боль и никакого тепла. Осознавать, что всю жизнь у двоих её детей были только они и никого больше, было страшно.