решительно все, но раньше не было ни единого лица женского пола, которое могло бы стать ему ближе остальных. – Слушай, ну ты сейчас преувеличиваешь. – Я покачала головой. – Административный состав, другие преподаватели, да те же студентки, которых он постоянно и ежедневно учит. Все они видят его чаще, чем я. – Вот только ты наедине. Почти интимно! – С чего это? – Ты плохо Эйдана разглядела, что ли? С ним, считай, все интимно, если нет кучи свидетелей! Так что рассказывай. – Он… хороший преподаватель, – осторожно подобрала я слова. – Не хочет, чтобы мне отгрызли что-нибудь в виварии, а потому тренирует. – И красивый, – добавила Дорна с хитрой улыбкой. – Это не обсуждается, – покачала головой я, но все же не сдержала улыбки. – Хотя бы потому, что это неопровержимый факт. А вообще даже страшно представить, как несчастному мужику живется с такими-то экстерьерными характеристиками! – О, значит, обсуждается, но ты не хочешь. Пока еще! – Дорна хохотнула и откусила пирожок. – Ладно, еще пара кружечек, и мы вернемся к этой теме. Впрочем, продолжить посиделки и допиться до непринужденного обсуждения мужиков мы не успели. Дорна уже открыла рот, чтобы продолжить, но звук шагов в коридоре заставил ее замолчать. Мы обе перевели взгляд на дверь. Ручка повернулась, створка отворилась, и на пороге возникла Лира – с несколькими папками в руках, усталая, но довольная. – Добрый вечер! – радостно поздоровалась она, скидывая туфли у входа. – А вы тут как? Я только-только освободилась! – Чай пьем, – улыбнулась я в ответ, приподняв кружку. Видимо, медовуха у Дорны хорошая не только на вкус, потому что даже Лирка меня пока не раздражала, как обычно. – О, чай – это хорошо. – Лира сняла жакет и, аккуратно повесив его на входе, пошла к нам. Я допила свою кружку и протянула Дорне, которая ухмыльнулась и намешала в ней все тот же горячий северный коктейль. – Вы что, пьете?! – потрясенно ахнула Лира. – Ну да, – спокойно признала Дорна. – Как можно?! – Ты возмущаешься, что тебе не налили? – по-своему поняла это рыжая, но, судя по дрогнувшим уголкам ее губ, скорее забавлялась. – Нет, конечно! И вообще… я сегодня в ректорате была, – начала Лира, поправляя прическу. – Помогала с документацией. Знаете, там столько всего! Но ничего, я быстро разобралась. Меня даже похвалили. – Кто? – спросила Дорна с вежливым любопытством. – Сама Морвенна Рейнвуд, – Лира произнесла это имя с таким придыханием, будто говорила о богине. – Она сказала, что ценит инициативных молодых ученых. И что такие, как я,