тихим скрипом открываемой двери. Я вздрогнула и резко вскинулась, едва не опрокинув стакан. – Заходи, мам, – отозвалась я, ставя цветок обратно. В комнату скользнула Эльза Тарри – как всегда, невозмутимая и изящная даже в домашнем халате и с распущенными светлыми волосами. Как правило, дети или очень похожи на своих родителей, или, напротив, являются их диаметральной противоположностью. Я относилась ко второй категории. Моя мама, виконтесса Тарри, всегда выглядела как нежная роза, воплощенная леди, квинтэссенция элегантности. Женственность во плоти, притом если у меня это была одна из масок, то матушка вполне органично жила в этом образе. И в данном амплуа были как безусловные плюсы, так и очень весомые минусы. Благодаря которым мы и потеряли большую часть состояния в первые годы после смерти отца. – Собралась уже? – спросила она, кивая на чемодан. – Почти. Остались только амулеты и прочие косметически-маскировочные вещицы. Ну, ты понимаешь… Она подошла ближе и коснулась моих волос. – Корни отрастать начали… мне даже жаль, что такую красоту приходится прятать. – Утром покрашу, не переживай. – Айлин… – начала мама и запнулась. Я сразу напряглась. Она редко называла меня полным именем. Обычно «милая», «родная», «солнышко». Полное имя значило, что разговор будет серьезный. – Ты там… будь осторожна, – выдохнула она наконец. – Я не про быт. Ты знаешь, о чем я. Подавив тяжелый вздох, я лишь кивнула. – Знаю, мам. Она смотрела на меня своими светлыми глазами – в них плескалась тревога, которую она годами училась прятать. А я со свойственной молодости уверенностью считала, что раз за десять лет не спалилась перед общественностью в том, что я не человек, то и дальше не раскрою себя. И мамины волнения на деле уже скорее утомляли, чем заставляли меня увеличить бдительность. – Если что-то пойдет не так… если ты почувствуешь, что не справляешься, то сразу отправляй письмо почтовой шкатулкой. Или через Хильду передавай! Мы что-нибудь придумаем. Угу, заберем меня из страшной взрослой жизни и опять запихнем под родительское крылышко. НАВСЕГДА. – Мам. – Я встала и взяла ее за руку. – Все будет хорошо. Я справлюсь. – Да, конечно… прости, я просто переживаю. Ты всегда справлялась, – тихо сказала она. – Ты сильная. – Спасибо. – В меня. – Она грустно усмехнулась. – И в отца. Я не стала уточнять, которого из двух. Мы еще немного поговорили, и мама, крепко обняв меня, ушла. Утром она должна была уехать еще раньше меня, а потому прощаться пришлось сегодня. Но меня это даже радовало