— Кэп, давайте тоже спрячемся, опишем дугу и подойдём к месту боя! — предложила Вера. — Можем удачно сменить позицию!

— Давай, — кивнул я.

Девушка направила «Мэлоннель» в облачность — и там начала плавный поворот, одновременно совершая такой же плавный подъём. Я приказал выделить матроса, чтобы тот занял заднюю полусферу, а сам стал ждать результатов манёвра. Стоило нам снова появиться над облаками, как Вера победно вскрикнула и чуть изменила курс, наводясь на выглянувшего из туч врага.

— Анкен, сволочь!.. — радостно выдохнула она, когда орудия на палубе и в трюме дали дружный залп.

И снова мы не смогли пробить щит, а враг пошёл на снижение. Я слышал, как ругается на матросов артиллерист, как требует бить слаженнее и точнее. Но понимал, что на этот раз мы врага, похоже, упустим. Очень уж опытный был подлец…

Однако всё обернулось иначе. Когда дирижабль врага почти уже снова скрылся в облаках, щит ему всё-таки сбили. А Кесан, выпустивший по аэростату какую-то огненную птицу — промахнулся. И удачно попал по палубе. Его огненный логос что-то подпалил на ней, и пламя послужило сигналом наведения для наших орудий.

Снаряды устремились вниз, прямо в облака, и, прежде, чем команде мародёров удалось потушить огонь, должны были навести шороху. Я повернулся к немного растерявшейся Вере и приказал:

— Спускайся под облака и кружись там! Если мы пробили им аэростат, долго они в тучах не просидят!

«Мэлоннель» опять нырнул в тучи, чтобы спустя десять минут вывалиться под ними — прямо за кормой у мародёра. Снова заработали наши орудия, разнося вражескую корму в щепки. Снова я услышал ругань старика-артиллериста, заставлявшего матросов сосредоточить огонь на сети. А наш противник успел поднять щиты и включил ускорение, решив попробовать от нас оторваться.

Запыхтели, разогреваясь, и наши паровые винты, но в этот раз разгонять на полную их не пришлось. Через две минуты щит у врага снова упал, и в этот раз снаряды наших орудий принялись остервенело рвать канаты, связывавшие аэростат с гондолой. Нам сразу же ответили два орудия мародёров. Били часто, как пулемёт, не жалея ни пневмы, ни материала, из которого были сделаны. Последняя попытка спастись и отбиться…

Наш щит работал на пределе, и его накопитель почти опустел, но в этот момент вражеская гондола дёрнулась, накреняясь в сторону кормы — её сеть рвалась уже и без нашей помощи. Лопались канаты, увеличивался крен — и очень скоро вся деревянная конструкция отделилась от сдувающегося аэростата и устремилась к земле.

— Кэп, найдите ориентиры! — сияя улыбкой, попросила Вера, начинавшая подъём дирижабля. — Если сегодня зависнем, то завтра сможем собрать трофеи с обоих мародёров!