Тихий щелчок дверной ручки заставил вздрогнуть, но она не дернулась. Интуиция молчала, тело не подавало сигналов.
"Мэлл".
Мелькнула догадка, и подтвердилась.
Он загородил окно, встав напротив. Не перевернулась, продолжая лежать на боку с ладонью под щекой. Наблюдая теперь перед собой ноги в черных штанах.
— Не спала?
Прикрыла веки, роняя усталый выдох.
"Какое тебе дело?"
— Что ты хотел? — безучастный вопрос резанул слух.
Этот тон долго сопровождал ее, и она надеялась никогда больше его не слышать.
Надежда — совершенно ненадежная дама.
Мэлл опустился на корточки. Так смотреть в его лицо проще, но видеть его желания не возникло.
— Шантажист тебя больше не побеспокоит, можешь выползать из депрессии.
Джул ждала чего-то, какого-то дополнения. Его не последовало.
Брэдфорд не стал бы бросаться заверениями, не имея веских оснований. Похоже, он решил проблему, что само по себе удивительно.
Ради нее постарался? Ради ее спокойствия? Или почувствовал себя виноватым?
Едва ли он сделал эторади нее. У него всегда есть свой интерес.
Она даже готова поблагодарить его, хоть и не испытывает радости от новости. Только его попытка выставить ее состояние незначительным портит все.
— Ты правда считаешь, что достаточно сказать "выползай" и все резко станет хорошо? — ее голос остался безучастным, равнодушным. — Спасибо за помощь.
— Упиваешься своим унынием?
Мэлл стянул кожанку, отбросил ее на стул. Встал над кроватью, упирая ладони в бедра.
Капля интереса, что он задумал, растеклась по животу.
— Сними футболку и ляг на живот, — распорядился и затянулся с наслаждением.
Масляный взгляд прошелся по ней, вызывая протест и… сладость. Его мягкий голос, за которым читается сила и… что? Властность?
Боже, как банально и в духе дешевых романов, но правда.
— Зачем? Что ты задумал?
Он вновь затянулся, смотря на нее сверху вниз.
"Проклятье, Брэдфорд. Я возбудилась лишь от того, как ты куришь!"
Это вообще нормально? Резкая и кардинальная смена настроения, от упаднического до возбужденного.
— Сделаю тебе массаж.
— Чего?
Мэлл — массаж?
Мэлл?
Он наверняка закончится сексом.
— Не надо, — заявила, снова поворачиваясь на бок.
Испытывая теперь и раздражение. Потому чтоне хотеть его просто невозможно, а хотеть она… не хочет!
— Могу сам тебя раздеть. Но я футболкой не ограничусь.
Намек, который не понять — преступление.
— Брэдфорд, — в голос прорвалось раздражение.
Он довольно хмыкнул, докуривая сигарету.
— У меня не так много времени, Джульет.
Не так много?
"На секс не хватит?"
И это плюс! Можно не отказываться от массажа и не изменять самой себе.