Брови сами дернулись от удивления, но это даже интересно.
Исполнил ее указание, не отводя взгляд. Она смотрела так же внимательно, словно не верила, что он это сделал.
— Хор… хорошо. Теперь вдохни. Глубоко.
Свежесть цитруса заполнила нос. Приятно. Необычно.
Еще раз. И еще. Аромат растекся по телу.
Джульет, слегка смущенная, посмотрела на свой бокал.
— Выдави сок и выпей, — закончила инструкцию. — Обычно становится немного легче… дышать. И вообще. В целом.
Наблюдал за ее отчаянными глотками, выдавливая сок лимона.
"Непохоже, чтобы тебе это помогло".
Или его присутствие портит ее лимонную терапию?
— Дальше сам разберешься, — рвано выдохнула она, со стуком опустив пустой бокал на стойку.
С питьем у него проблем никогда не возникало.
Дверь за спиной хлопнула.
Сделал глоток псевдо-лимонада. Освежает. Не более.
Ее поведение любопытно.
Очень любопытно.
Да, он не знал ее повадок и умения держаться в обычной жизни. Привычной. Но она явно не была дерганой, боящейся мужского внимания.
Догадка пронеслась кометой, оставляя огненный яркий след.
Похоже, кристалл лютой похоти не только сделал свое грязное дело, но и подпортил психику.
Интересно, насколько далеко зашла ее паника? И не с этим ли связан ночной кошмар?
Он допил воду с лимоном и налил на ее место виски.
***
В комнате метнулась к окну.
Открыть, вдохнуть воздуха. Чистого. Свежего. Успокаивающего и отрезвляющего.
Что это было? Помимо того, что теперь ему известно о ее стрессе и необходимости с ним бороться. И ее любимого метода успокоения.
Только он перестал работать! Невозможно расслабиться —даже немного — когда он рядом.
Мэлл Брэдфорд — катализатор панических атак. Рядом с ним никогда не получится чувствовать себя более-менее спокойно.
Черт.
Когда увидела его напротив бара, решила, он начнет высказывать на тему несостоявшегося поцелуя. Это казалось очевидным, иначе зачем он вообще пришел? Сидел бы дальше среди своих. Но нет. Он сел, и наблюдал.
Она кожей чувствовала его взгляд. Любопытный. Почти осязаемый. И уговаривала себя не дергаться. Прислушивалась к ощущениям. К нарастающей панике, хотя он просто сидел, не тянулся в ее сторону. Дымил и наблюдал. Но ей оказалось достаточно, чтобы внутри все тряслось в мандраже.
Плохо. Очень плохо.
Он ни раз за год будет на нее смотреть, и не только он. И если каждый момент будет сопровождаться бунтом против самой же себя, она точно сойдет с ума.
Стоя там, за барной стойкой, решила, что, в общем-то, все сложилось удачно. В том плане, что она могла использовать его наблюдение за ней в свою пользу. Пытаться договориться с собой. Лучше понять себя и свои ощущения. Возможно, снизить их.