— Никто не трогает собственность Рамиреса, пока он не отдаст вам такого приказа. Ясно?
— Да, — ответил Ананд.
— Мы будущие комиссары Рамиреса, — запинаясь, сказал Стивен. — Сделаем, как он прикажет, то есть попросит. То ест даст поручение… Мы не рабы, но готовы служить, то есть сотрудничать.
— Заткнись, дебил, — прошипела Эбигейл, не убирая книги. — Заткнись и сядь.
Стивен сел в кресло. Ананд сел рядом. Выглядели они как мелкие хулиганы, пойманные полицейским.
Бенни вышел из грузового отсека.
Жанна валялась на полу с вытаращенными от воздействия «Надзирателя» глазами. При этом на её обездвиженном лице пробилось что-то вроде улыбки. Она будто сообщала Роману: «Не переживай, мальчик мой, прорвёмся».
6.6
«Идём на посадку», — сообщил пилот по внутренней связи.
«Почти день летели, — подумал Роман. — Коллеги, за это время на Земле мы сделали бы три кругосветных путешествия».
В грузовой отсек зашёл Бенни. Стивен и Ананд с готовностью подскочили с кресел, сжимая шотганы.
— Конвоирование заключённых идёт согласно стандартному протоколу, — доложил Стивен.
Бенни недоумённо пожал плечами, как бы говоря: «Ты чего несёшь? Какой на хрен протокол?»
— Собственность Великого Рамиреса находится в состоянии полной целостности, — дополнил Ананд. — Маячковые блокираторы работают в штатном режиме. Попыток к бегству не было.
— Святой Папа Джинг, зачем я связалась с этими идиотами? — услышал Роман стон Эбигейл.
Бенни взял кинжал КРЭК, развернул Романа спиной к себе и разрезал путы на руках. Проведя со связанными за спиной руками сутки, Роман ощутил в них что-то вроде слабости. Но функциональность быстро восстановилась. Только на запястьях остались мятые следы от верёвок.
— Спасибо, — сказал Роман.
Бенни потянулся к «Надзирателю» на лбу Романа:
— Добро пожаловать в Фантадром — в будущее всего Локуса.
— Зачем ты мне зрение отключаешь? Дай полюбоваться на вашу деревню.
— Ещё налюбуешься. Ты здесь надолго. До своего последнего тела, до последнего атома сознания, хе-хе.
Бенни включил на блокираторе что-то вроде щадящего режима. Зрение оставалось расплывчатым, но не так сильно как раньше. Роман вполне угадывал силуэты окружающих. Когда Бенни Шостаков снова покинул грузовой отсек, Ананд и Стивен начали перепираться.
— Я не хочу её тащить, — сказал Ананд, стоя над телом Жанны. — Вдруг она поцарапается по дороге? Рамирес расстроится же.
— Но ты не думал о чувствах Рамиреса, когда избивал её? — спросила Эбигейл. — Хорошо, что она быстро регенерирует. Почти не видно побоев на лице.
Силуэт Ананда склонился над Жанной: