— У меня пока всё, — ответил Ермаков, так и не предложив формального сотрудничества вслух, как хотел еще несколько секунд назад. — И еще одно, Алексей. Я сегодня всю ночь дежурный по городу. Буду сидеть в кабинете и разгребать накопившиеся бумажки. Так что можешь в любой момент звонить напрямую, минуя дежурную часть. Набирай по-городскому вот этот номер.

Быстро чиркнув пять цифр на клочке бумажки, старший лейтенант протянул его мне. Приняв своеобразную визитку, я еще раз поблагодарил и вышел из кабинета. Сев в машину, определился с очередностью задач и поехал искать Рыжего.

Как и предполагал, нашел его в доме Боцмана. Мотоцикл был заботливо загнан во двор. Сам Рыжий обнаружился у телевизора. На табурете перед ним стояла трехлитровая банка пива и сковородка с остатками яичницы. Судя по плескавшимся на дне остаткам пенного, купил ее Рыжий после работы и сразу приехал сюда.

— Саня, ты чего здесь балдеешь? — с ходу предъявил я. — Я же тебе сказал: уволишься и сразу пулей в село.

— Так не дали мне сегодня нормально уволиться, — начал оправдываться он. — Начальник транспортного участка Федотыч, попросил еще денек на грузовике покататься. Сказал, что позарез нужно, а заменить некем. Ну я и согласился, с условием, что он подпишет заявление без отработки. Я после обеда даже обходной лист успел получить и всё что положено на склад сдал. Осталось дело за малым. Завтра часикам к девяти явлюсь на завод и в отделе кадров получу трудовую книжку. А ты сам чего в город прилетел?

— Да появилось тут одно небольшое дельце. Надо кое-что проверить, — я уклонился от прямого ответа, не желая посвящать Саню в суть дела. То, что я собирался экстренно предпринять, лучше делать без лишних глаз.

— Я тебе нужен? Если надо, готов к труду и обороне.

Выслушав предложение Рыжего, я отрицательно покачал головой:

— Нет, сиди лучше здесь, смотри телевизор. Я попозже приеду ночевать. Если не приеду, значит, планы поменялись. А ты завтра в любом случае не вздумай с утра на завод идти. За трудовой пойдешь или после того, как я скажу, либо ближе к концу рабочего дня. После этого сразу дуй в село.

Объяснив, как именно надо сделать, я сел в «Москвич» и покатил к общаге. В заводском общежитии в понедельник вечером было тихо. Зайдя на четвертый этаж, я подошел к знакомой двери и прислушался. Внутри магнитофон пел голосом Высоцкого, про слесаря шестого разряда. Вытащив из кармана прихваченный из багажника молоток, я спрятал его глубоко в рукав ветровки и постучал.

Открыл мне один из тех парней, у которых я несколько дней назад узнал, где Санька проигрывает взятые в долг деньги. Увидев меня, парень хотел захлопнуть дверь, но я ударом ноги распахнул створку настежь.