Разумеется, Реваз со своим двоюродным братом ушли из заведения одними из самых последних и поднялись в номер ровно в десять. Громко разговаривая на грузинском, они ввалились в номер с целой бутылкой коньяка и тарелкой, заваленной нарезанной бужениной и бутербродами с чёрной икрой.

Грузины желали продолжения банкета и, как я понял, ругали местные порядки, заставляющие ресторан закрываться так рано. Кроме этого, они экспрессивно обсуждали достоинства встреченных в ресторане дам, которых, будь их воля, с удовольствием затянули бы в свой большой номер.

Чтение мыслей помогало обойтись без перевода, к тому же Реваз, даже не замечая этого, постоянно переходил на русский, и его двоюродный брат был вынужден делать то же самое.

— Ираклий, ты видел новую ресторанную певицу? — спросил цветочник и, плюхнувшись в кресло, вожделенно поцокал языком.

— Реваз, эту бы девочку к нам в номер, — мечтательно ответил его родственник.

— Клянусь, я не я буду, если не сделаю так, чтобы она сама попросилась подняться в мой номер люкс, — пообещал Реваз.

— Я тебе верю, брат, — ответил Ираклий, при этом с ревностью чувствуя, что ему в этом случае ничего не обломится.

— Ничего, брат. Завтра старшей этажа выйдет, безотказная Анжела, и я ночью, после поездки в Смоленск, обязательно её к нам приглашу, — примирительно пообещал Реваз, и родственники рассмеялись.

Я стоял на лоджии и слушал этот напыщенный трёп более получаса, пока они пили коньяк и строили планы по завоеванию сердец местных красавиц. Терпел до тех пор, пока разговор не коснулся интересующей меня темы.

— Реваз, а почему этот упёртый морячок сорвался с крючка? Может, надо было накинуть ему цену за его халупу на полкосаря?

— Ираклий, пока ты не стал на ноги, советую не влезать в мои финансовые дела, — внезапно цветочник стал серьёзным и посмотрел на родственника как бы свысока, тем самым показывая, что ему не по статусу давать ему советы.

— Платить за дом больше, чем нужно, я не намерен. А моряк от нас никуда не денется. Завтра крайний срок, и он как миленький приедет в Смоленск к многоуважаемому Георгию. Когда он будет на коленях его просить, чтобы у него забрали дом, я заберу халупу дешевле, чем готов был заплатить сегодня.

Из дальнейшего разговора я вывел одно: сколько бы Боцман ни привёз денег и что бы ни предложил, его всё равно обуют. Видеоаппаратуру он назад точно не получит. С этой Снежаной тоже явно не всё в порядке. Реваз не был на сто процентов уверен в том, что она подставная, но, исходя из её долгой истории дружбы с решалой Георгием, всё сходилось на том, что это именно так.