Лицо Вероники превратилось в злобную, презрительную гримасу. Вокруг её тела, наконец, возникло защитное поле, спродуцированное симбионтом. Значит, ведьма умела его контролировать. Как я и предполагал.

— Ну уж нет! — выплюнула она. — Ты сдохнешь, белобрысый выродок!

Не дожидаясь, пока девушка снова лишит меня воздуха, я дал команду пантерам. Два хищника, до этого настороженно следивших за нашими перемещениями, вскочили на ноги и одновременно прыгнули на Веронику. Та закричала, прикрываясь руками, но было поздно: мои питомцы подмяли её под себя, как тряпичную куклу. Вот только их когти и зубы не могли добраться до плоти, защищённой магическим силовым полем. И ведьма решила довести дело до конца. Я снова почувствовал, как вокруг меня исчезает воздух.

— Назад! — вышло сипло, но пантеры услышали и отпрянули.

Вскинув руку, я нажал на спусковой крючок. Синий заряд вонзился в силовое поле ведьмы, пробил его и врезался в искажённое злобой прекрасное лицо. Мой Дар оказался сильнее.

Я вдохнул поглубже и опустил оружие. Всё было кончено. Я предлагал девушке жизнь, но она предпочла погибнуть в попытке исполнить волю своего хозяина. Даже не осознавая, что стала всего лишь расходным материалом в руках Коршуновых — одного из заклятых врагов своего рода. Понимала ли она вообще, кем была? Скорее всего, нет. Такого агента должны были выращивать в определённой информационной изоляции.

— Мой барон! — воскликнул Садко. — Эта женщина обладала каким-то магическим Даром⁈

— Она адепт воздуха, — ответил я. — Ведьма из Дома Шварценбергов.

— Но как это возможно, экзобарон⁈

Я озвучил своё предположение.

— Да, это объяс-сняет наличие импланта. Похоже, ваш отец готов на вс-сё, лишь бы не делитьс-ся влиянием в империи.

В этот момент в спальню ворвались телохранители. И оторопело уставились на останки ведьмы. Я дал им знак успокоиться.

— Всё кончено. Ваша помощь уже не требуется.

— Я позабочус-сь о том, чтобы наложница была утилизирована, — проговорил Садко. — Боты немедленно явятс-ся, чтобы…

— Нет. Пусть её похоронят с честью.

— С-с чес-стью, барон? — удивился ИскИн. — Но она пыталас-сь убить вас-с. Разве она зас-служивает, чтобы…

— Неуважение к врагам — первый шаг к поражению, — сказал я твёрдо. — Эта девушка была готова пожертвовать собой ради выполнения приказа. Она достойна быть погребенной, как подобает. Победы заставляют человека преисполняться самодовольства, и в этот миг он встаёт на скользкую дорожку будущих поражений. Пусть её похоронят, как воина. В какой бы клетке она себя ни ощущала все эти годы, теперь её нет.