— Значит, никуда не поедем, — подтверждает лучница. — Хотя тут мы в очень опасном положении. Одни внимательные глаза и уши проедут мимо, нас сразу найдут, нам придется принять последний бой в очень невыгодных условиях.

— Как само место вообще? Видно нас с дороги или не очень?

— Не видно особо, но движение есть, за эти десять минут мимо две повозки проехали. За лошадьми нужно приглядывать обязательно. Хотя со стороны поля нас легко могут разглядеть, но там народу пока делать нечего, посаженное зерно уже начало всходить, — подробно объясняет она нашу диспозицию.

Я сам обхожу вокруг все, что можно. Потом режу ветки и прикрываю ими кое-какие просветы в кустах, через которые наших крупных лошадок, уже активно объедающих травку вокруг повозки, можно все же просмотреть с дороги. Раз уж придется пока здесь простоять какое-то время, то лучше приготовиться к долгому ожиданию и замаскироваться должным образом.

Замаскировался в итоге от дороги очень хорошо, нас теперь точно не разглядеть с той стороны.

Еще продолжил таким же делом заниматься, когда по какой-то параллельной дороге в полях пропылила повозка, хорошо, что в сторону от нас. Снова нарезал высоких веток и навтыкал их в землю со стороны поля, так хоть какая-то маскировка будет прикрывать наш лагерь оттуда. Потом добавил их побольше, еще раз хорошенько проверил и признал, что рассмотреть нашу позицию можно только в том случае, если долго присматриваться и ждать какого-то внезапного движения.

Через час непрерывных хлопот подошел к повозке, а постоянно наблюдающая за сестрой Ксита порадовала меня, что лицо у той стало меньше синеть и дышится Фиале явно легче.

— Слава богам, лечение успело вроде вовремя, — выдохнул я. — Пора Тереком заниматься.

Снова прижался к лицу Фиалы, чтобы показать метод своего лечения как бы своей личной силой Ксите. Тут же разглядел в сознании девушки уже всего восемь оставшихся единиц ЭНЕРГИИ из переданных девятнадцати. И траурная кайма вокруг девушки перестала наливаться чернотой, сама заметно посерела, значит, смерть постепенно отступает от нее.

«Примерно десять единиц данной ХАРАКТЕРИСТИКИ закрыли не слишком тяжелую рану без больших повреждений», — понимаю про себя.

— Отлично, лечение идет, мы успели, — и на радостях обнимаю Кситу, она тоже с готовностью подается ко мне.

Просто счастлива, что я начал спасение сестры от неминуемой смерти, пусть даже сильно пугающим ее способом.

«Грудь у нее как бы не больше, чем у младшей сестры», — невольно замечаю я своим кобелячьим сознанием подобную физиологическую подробность.