Внутри — прохладный и широкий холл, как в банке, с множеством клерков за единым П-образным столом, расположенным вдоль стен. Везде — хромированные столбики, перетянутые бархатной нитью, создававшие эдакие лабиринты в общем пространстве — от входа до каждого клерка.

Ко мне сразу же шагнул служка с бумажкой и номером «четыре» на ней. Электронная очередь?

Тот, правда, обернулся в сторону окна, и тут же с извиняющимся тоном уточнил:

— Сэр, вы уже прошли возвышение?

Оставалось кивнуть.

— Вам в другое здание, я провожу, — обрадовали меня искренней улыбкой.

— Валяйте, Альберт, — прочитал я его имя на нагрудном бейджике.

Тот предупредительно открыл для меня дверь, а на его место тут же встал другой паренек — отчего-то, после вручения ему пачки с номерками, весьма от этого грустный.

— Через улицу, сэр. Как вам долина, город? — Вышагивая чуть впереди, Альберт то и дело оборачивался.

Вид на долину открывался действительно любопытный — даже если не использовать талант, просматривалась она весьма хорошо.

— Что тут раньше было, Альберт? — Отметил я множество однотипных строений, выстроенных улицами, вокруг которых пытались отстроиться позднее.

Домов, даже на первый взгляд, было под несколько тысяч.

— Эм, — замешкался он. — Говорят, туристический город. Я из Атланты, сэр, всего год тут. — С извинениями добавил он.

— Да неважно.

— Могу узнать, сэр.

— Говорю же, не важно, — вздохнул в ответ.

Что мне до старого названия, если даже здешние хозяева решили его не сохранять?..

Место отличное — широкая долина, несколько прудов, на которых видны лодки рыбаков, здоровенная гора, обеспечивающая красивый вид из окна и пешие прогулки для жителей. Наверняка было поселение для миллионеров или для туристов с большим кошельком.

Пока все не испортила Беда. А конкретно для этого места — громада высоченного леса за горой.

Смотреть на «Лес смерти» талантом я уже пробовал — и тут же прекратил, когда на затылок надавило ощущением, будто кто-то смотрит в ответ.

До горизонта, с черными, серебристыми кронами — «Лес», если подняться на гору, занимал бы все пространство до горизонта. И даже не веяло — давило от него настолько угрюмым и чуждым ощущением, что хотелось просто спалить его, наплевав на все его ценности. Одновременно, было чувство, что Лес желает сделать тоже самое с остальным миром.

Жить рядом — ломая в себе подсознательное желание немедленно сбежать — такое себе удовольствие.

«С другой стороны, а где сейчас безопасно?»

Раз с доходов, вытаскиваемых из недружелюбной территории, город окреп настолько, что спокойно посылал правительство страны, смысл тут находиться определенно был.