И скрывая капли воды на правой руке, коим вроде как неоткуда было взяться.
Глава 1
Богатство — тяжелая ноша. Скинешь парадное убранство с золотым шитьем, драгоценными камнями — и плечи поднимаются, и дышать становится легче без обременительного веса.
Матерь-настоятельница, одетая лишь в длинную белую камизу, покосилась на официальный наряд для выхода, развешанный на специальных для того помостах — те занимали чуть ли не всю длину узкой стороны рабочего кабинета длиною в двадцать футов. Как все это, торжественное и мрачно-помпезное, умещается на ее хрупком силуэте — точно знали только три доверенные помощницы, одевавшие Матерь. Сама она наверняка запуталась бы в шелке и тончайшей шерсти нарядов.
Глубоко вздохнув, немолодая, но и далеко нестарая женщина, отпила крошечный глоток из фарфоровой чашки. Небольшой круглый столик, который она занимала, был рассчитан всего на два сервировочных прибора и находился в углу кабинета — заповедный час отдохновения лидер влиятельнейшего религиозного Ордена штата Калифорния предпочитала коротать в одиночестве, изредка приглашая на поздний ланч одну из верных подруг.
Сегодня настроение было не до застольных бесед. Расположение духа Матери-настоятельницы не было плохим — наоборот, было оно весьма приподнятым, где-то даже торжествующим — но момент триумфа желалось смаковать в одиночестве. Тем более что сторону стола для возможной собеседницы плотно занимали письма и расшифровки секретных телеграмм — те самые вестники приятных перемен. Матерь-настоятельница желала вновь их перечитать, обдумать каждое из них — в прикуску с легчайшим и вкуснейшим печеньем и горячим чаем.
Между тем было без разницы, какое из сообщений брать в руки первым. Одинаково почтительные, написанные влиятельнейшими людьми, взявшими правление страной в свои руки, письма содержали одну и ту же мольбу — продать, уступить, пожертвовать или обменять на что угодно хотя бы унцию плоти Реликта, доставшейся Ордену.
Матерь-настоятельница, в общем-то, полагала, что после дележа плоти Реликта она столкнется с попытками «взвесить и разделить» все вновь. Рассказ опальной сестры Агнес о событиях в Солт-Лейк-Сити указывал на это — и две другие стороны-держатели плоти Реликта не замедлили прямо обвинить, что Орден забрал себе больше трети. Но в тех обстоятельствах — в сходящем с ума городе, фактически принимая навязанные условия — всем бы показалось, что другая сторона забрала себе больше.
«Сказали бы лучше спасибо, что вас там всех не поубивали», — первые ответы на обращения, написанные под диктовку Матери-настоятельницы, были выполнены именно в этом ключе. — «Благодарите, что наш рыцарь дал вам хоть что-то. А если продолжите упорствовать, обвиняя во лжи — мы придем к вам и заберем свое».