Подойдя к Семёнычу, я улыбнулся.

— Вижу, всё идёт, как надо.

— О! Ваше благородие. Так это. Ну да, идёть помаленькю. Токмо дебилы сопли жують и ничерта не слухают, что им говоришь, — зло рыкнул Семёныч, придавив работягу взглядом.

— Когда рабочий плохо трудится, знаешь, кто виноват? — спросил я, хитро прищурившись.

— Хто? — настороженно спросил Семёныч, чувствуя подвох.

— Виноват его начальник. Либо плохо ставит задачу, либо не может обучить подчинённого. А с такими начальниками знаешь, что делают?

— Увольняют? — понизив голос, сказал Семёныч.

— Ага. Щас! Разбежался. Таких начальников, как ты, лишают премии, а заодно — выпивки на целый год.

— Ваше благородие! Ты чё? Нельзя так! Я буду жаловаться. Это ж не по-людски! — взмолился Семёныч.

— Не по-людски, а что делать? Мы на пороге большой войны, и нужно ускорить темпы производство защитных артефактов. А ты с возложенными обязанностями не справляешься. Вот и приходится стимулировать так, как могу, — развёл я руками.

— Не надо стимулировать. Я усё понял. Ускоримси, — заверил Семёныч, приложив руку к сердцу. — Тоська, сучий потрох! За работу! — гаркнул Семёныч и потащил работягу нарезать резьбу.

Пока Семёныч бездумно рванул выполнять приказ, ко мне подошел Евсей, слушавший наш разговор. Он тяжело вздохнул, вытирая со лба пот, и пожал мне руку:

— Михаил Константинович, ускориться-то мы можем, но в ущерб качеству. Если же хотите всё делать на совесть, то нужно расширять производственные площади и нанять новых людей. Иначе мы просто физически не вывезем.

Я спокойно кивнул и хлопнул Евсея по плечу:

— Это не проблема, решим, — зыркнув на Вячеславовича, я подозвал его к нам. — Кирилл Вячеславыч, нам срочно нужно нанять ещё две сотни специалистов на производство. Люди нужны надёжные, рукастые и толковые, а не такие, как Тоська.

Последняя фраза попала прямо в сердечка Вячеславыча и он начал бухтеть.

— Нормальный Тоська парень. Если бы Семёныч объяснял, а не фаллосами его крыл, то дело пошло бы быстрее.

— На этот счёт не переживай. Переведу Семёныча на контроль выпускаемой продукции, а с новичками будет работать Евсей и Петрович, у них терпения побольше, чем у Семёныча.

— Ну так-то оно лучше, конечно. Но две сотни человек? Михаил Константинович, не многовато ли? Я от силы человек пятьдесят найду, не больше. Две сотни даже со всех окрестных земель не наберёшь…

Я тут же прервал его тираду.

— Кирилл Вячеславыч. Моё дело поставить задачу, а как ты её выполнишь, это уже твои трудности. Ищи, переманивай, перекупай, делай, что хочешь, но две сотни специалистов должны трудиться на заводе до конца следующей недели. Это вопрос жизни и смерти.