— Слушай, Аксель, — наконец решился я. — Есть у меня рецепт от бабушки, она сама мазь варила и пользовалась всю жизнь, Запах у нее, правда, отвратный, но здорово помогала.

— А из-за чего она так пахла? — оживился Аксель.

— Из-за барсучьего жира в основном, — ответил я.

— Ну, где я тебе барсучий жир найду, — сразу поскучнел собеседник. — Я его ни разу даже не видел. У нас барсуки то здесь водятся?

Я улыбнулся.

— Странно, ты здесь живешь всю жизнь и не знаешь, а мне тем более это неизвестно.

Но Вейсман наживку уже заглотнул.

— Слушай, Саша, а если я этот жир найду, сможешь, мазь приготовить? — спросил он.

— Запросто, — ответил я.

— Понятно, — выдохнул Аксель и продолжил. — А ты можешь хотя бы примерно сказать, сколько будет стоить твоя мазь.

— Спокойно, Сашка, спокойно, это же немец, — сказал я мысленно сам себе.

Вслух же сообщил, что самое дорогой компонент в мази, это барсучий жир и сколько он будет стоить, понятия не имею. Надо консультироваться у охотников. А первую дозу мази, так и быть, сделаю бесплатно, если поможет, тогда можно будет думать о цене и следующей порции.

Повеселевший водитель снова взялся за карты, но на часах время подходило к двенадцати, и я отправился за женой, чтобы вместе идти на обед в столовую. Увы, Валентина Григорьевна больше нам не кашеварила. Так, что в будние дни мы, как большая часть совхозных работников обедали в столовой.

После обеда, когда мы вышли из столовой, Лида, было, направилась в сторону амбулатории. Но я придержал её за рукав пальто и показал на часы. До открытия аптеки оставалось больше сорока минут. А до дома идти всего ничего, пара минут не больше.

Жена снова заалела, как при разговоре с бабками в аптеке.

— Саша, неудобно же, люди смотрят, — тихо шепнула она.

— И что они увидят, как мы домой идем? — улыбнулся я. — Пошли быстрее, а то время уходит.

Прошло сорок минут.

— Если бы мы к маме ходили обедать, от нее бы так рано не уходили, — сообщила Лида, сидя на кровати и надевая колготки. — Мне кажется, когда мы с тобой идем в сторону дома, на улице все прохожие на нас смотрят.

— Ну, мы же муж и жена и идем не куда-то, а домой, какие к нам претензии?- сделал я непонимающий вид.

— Не смейся, Саша, ты знаешь, о чем я говорю, нам не следует этим заниматься днем. Лучше помоги бюстгальтер застегнуть.

Мысленно посмеиваясь, я застегнул крючки бюстгальтера. Собственно пошла всего вторая неделя нашей совместной жизни, а меня уже припахали застегивать крючки. Как будто Лида не делала такого самостоятельно с тех пор, как начала носить эту деталь одежды.