Сам Костя овдовел три года назад и жил в настоящее время в скромной барачной однокомнатной квартире вместе с дочкой, довольно острой на язык особой четырнадцати лет. А та в последнее время стала интенсивно интересоваться, отчего любимый папочка начал так часто оставлять её ночевать у бабушки.

Когда Костя с простодушным видом рассказывал об этом, мне так и хотелось ему сказать:

— Да, все твоя Катька прекрасно знает и понимает, а вопросы задает из обычной женской вредности.

Мысленно же я пожалел маму. Кто знает, как у неё сложатся отношения с будущей падчерицей.Уж очень сложный у той сейчас возраст.

Когда собрался уходить, мама все же шепнула:

-Витя, ближе к вечеру приходи домой. Костя все равно ночевать к себе уйдет. Беспокоится за Катюшу свою.

— Подумаю, — кратко сообщил я и направился к выходу.

Десятое мая, как и девятое отличилось замечательной погодой. Поэтому я шел, не торопясь, подставив лицо весеннему солнцу, жмурясь от его лучей.

— Гребнев! — послышался удивленный мужской голос. — Ты, почему не на занятиях?

Открыв глаза шире, обнаружил, что чуть не столкнулся с директором училища.

— Все, как всегда, — насмешливо подумалось мне. — За зиму ни разу не встречался на улице с Дмитрием Игнатьевичем. А стоило раз не пойти на учебу, он тут, как тут.

— Похороны у меня сегодня. Бабушка умерла, — ответил я.

Москальченко неуверенно улыбнулся.

— Виктор, если ты так хочешь меня провести, не стоит этого делать. Такими вещами не шутят. — Наставительно произнес он.

— Так я и не шучу, — сообщил я.— Сейчас вот с поминок иду.

Директор явно почувствовал себя неловко.

— Ну, тогда понятно, сочувствую вашей семье, — сказал он и добавил.

— Кстати, давно хотел с тобой поговорить, зайди, пожалуйста, завтра ко мне после первого урока. Хорошо?

— Хорошо, — согласился я и на этом мы разошлись.

По дороге в новое жилище я зашел в гастроном, прикупить кое-чего к ужину.

Вроде бы я поживший, много видевший человек, но дверь в опустевшую квартиру открывал с некоторым трепетом. Видимо, несмотря на возраст, мы все волнуемся, встречаясь со смертью.

В квартире, после того, как вынесли гроб с покойной бабой Груней, оставался жуткий бардак.Полы затоптаны, в углу комнаты на пол были скиданы охапки сухих трав, закрытые драной простыней.

На кухне все дверцы старого буфета были открыты. Короче было ясно, что здесь кто-то что-то усиленно искал.

Что искали, было понятно, при взгляде на распотрошенную перину.

Тяжко вздохнув, я поставил сетку с продуктами на кухонный столик, посмотрел время и начал переодеваться. Благо, мою рабочую амуницию никто не спер.