Как только мы оказываемся в квартире, она опускается на пол и, прислонившись к стене спиной, утыкается головой в колени и снова начинает плакать. Сонный Чарли выползает в коридор, оглядывает нас осоловелыми глазами, обнюхивает Алёну и бросает на меня долгий взгляд.

Что, брат, девчонку нормально успокоить не можешь? Возможно, хочет он мне сказать. А ещё психолог называется. А, может, он раздумывает, не напомнить ли о Инге.

Так или иначе, покачав головой, пёс возвращается на подстилку. Как психолог говорю ему — пусть плачет. А вот то, что это лучше делать на более удобной поверхности, согласен, Чарльз.

— Ну-ну, — осторожно поднимаю Алёну, — давай лучше на диване.

Перетаскиваю её в комнату, сажусь рядом, но она в одно мгновение перебирается ко мне на колени, обнимает за шею и утыкается в плечо. И плачет.

Промокшая ткань неприятно прилегает к телу, ноги затекают и пить хочется. Но я терплю. Выиграл девку на свою голову, неси теперь ответственность за неё. А вот мышцы бы тебе, Рома, не мешало подкачать.

— Ты извини, — едва слышно произносит Алёна, чуть отстранившись.

Её руки всё ещё обвивают мою шею, а губы находятся в такой близости, что я ощущаю тонкий вишнёво-табачный аромат, который от неё исходит.

— За что? — задаю я вопрос, хотя прекрасно понимаю, что есть за что. Сказано было — иди домой. Нет, осталась, блин. Встряла. Сама в истерике и меня понервничать лишний раз заставила. Но я добавляю. — Забей.

Она улыбается, слезает с моих коленей и садится рядом.

— Можно мне в ванную?

Пробегаю по ней взглядом: на щеке царапина, под глазами разводы от туши, волосы спутаны, платье надорвано на плече, ноги в пыльных разводах. Да тебе не то, что можно, тебе нужно в ванную.

Достаю из комода чистое полотенце и, чуть подумав, футболку. Наверняка что-то подходящее нашлось бы в шкафу Инги, но мне не хочется рыться в её вещах. Её вообще в моей жизни уже как будто нет.

Инга — далёкое прошлое. А вот Алёна — моё странное настоящее. Где-то на окраине моего сознания обитает ещё одна персона — Ирина. И, кстати, Марина. Бляха, я тут пару дней всего, а девок-то вон сколько. Прежде чем отправить Алёну купаться, приношу из кухни стакан воды. Она удивляется и отказывается.

— Пей-пей, лучше будет, — убеждаю девушку.

— Да я сама бы сходила… — она как будто оправдывается. Да уж, милая, совсем ты себя не ценишь. Потому и встряла в такую хрень.

Пока Алёна приводит себя в порядок, ставлю чайник. Есть совсем не хочется, но не знаю, какой у барышни аппетит. Кого-то стресс лишает желания запихивать в себя что-то. А кого-то наоборот пробивает на пожрать.