Получилось!

Туман благодарно прикоснулся влажными щупальцами к моей голове и рассеялся.

Я открыл глаза.

— Максим? — Чернов наклонился ко мне, удивленный, испуганный.

Я не сразу понял, где нахожусь.

Некоторое время я лежал неподвижно, глядя на старика и пытаясь найти в голове его имя. Я знал, что он друг. Но вот кто он и как его зовут, не мог вспомнить.

Потом пришел зябкий холод. Меня морозило.

— Максим, ты как? — спросил Чернов, осматривая меня. — Рана — она… она исчезла!

— Альберт Михайлович… — с трудом извлекая из памяти имя, произнес я. — Замерз.

— Сейчас-сейчас! — засуетился тот.

Накрыв меня пледом, он спросил:

— Так лучше?

— Да, — стуча зубами, ответил я.

Мне было и в самом деле лучше. Я еще ощущал слабость, но общее состояние было великолепным. Никакой боли.

— У тебя все-таки получилось!

Я кивнул. Говорить о том, что я узнал в собственных застенках сознания, мне не хотелось. Слишком страшной была эта информация.

* * *

В комнату зашел Бартынов.

— Ну что, как? — поинтересовался он, глядя то на меня, то на Чернова.

— Все хорошо, — ответил Альберт Михайлович. — Ему еще надо немного полежать, но основная угроза миновала.

— Так мне врача теперь уже можно не искать?

Я покачал головой.

— Ну и хорошо, — кивнул Бартынов, пряча сотовый телефон во внутренний карман пиджака. — А то я что-то никого найти не могу.

Бартынов подошел ко мне.

— Так китаец этот твой такую поляну накрыл — закачаешься! Может, принести чего?

Я покачал головой.

— Уверен? Даже мой повар такого не готовит. Альберт, ты не желаешь? Одна «Пьяная стерлядь» чего стоит! Я кусок навернул.

— Нет, спасибо, — учтиво ответил Чернов.

Бартынов обратился ко мне:

— Там еще наемники прибыли, — сообщил он таким тоном, будто спрашивая — зачем они вообще нужны?

— Я договорился со Шталиным — нужна защита дома, — пояснил я.

Слабость еще присутствовала в теле, но становилось с каждым мгновением все лучше — я уже мог приподнимать голову.

Я попросил у Чернова воды и тот понятливо кивнул:

— Я сейчас принесу.

— И сколько ты отдал за них? — спросил Бартынов.

— Два миллиона, — ответил я.

— Матерь божья! Зачем столько⁈ Это же дорого!

— Сошлись на этой цифре.

— Это Шталин — жулик! Жадный до денег жулик! Надо было давать не более пятисот тысяч коинов. Ему бы и этого хватило. Подумать только — два миллиона! А ключи от особняка ему сразу не отдать? Хотя бойцы его, не спорю, хороши, отчаянные парни. Ладно, не переживай, я своим команду дал, они к тебе тоже выдвинулись. У меня тоже три десятка хороших воинов найдется, все с оружием, как положено.

— А как же ваш дом? Он ведь нуждается в охране! — резонно спросил я.