Сам хозяин восседает за столом, водрузив на нос очки. Это да, если работать вечерами с таким освещением, зрение посадишь на раз. И чего не догадаются использовать стеклянные плафоны? Оно куда ярче получится. Достаточно взглянуть на фонарь в руках старика, чтобы сделать соответствующие выводы.

— Здравствуй, дружок, — поздоровался с Иваном хозяин дома.

— Здравствуй, Христофор Аркадьевич.

— Решил не затягивать с обещанной тебе помощью? — с легким неодобрением поинтересовался Рощин.

— Так уж вышло, — не стал лукавить парень.

Да и не до того как-то. Тут время дорого. По своему прошлому опыту он прекрасно знал, что практически любую проблему гораздо проще решить по-горячему.

— Излагай.

— Отца моего с час назад на убийстве прихватили.

— Та-ак.

— Но только он не убивал, — тут же поспешил заверить Иван. — Тут просто дело такое. По-моему, на него специально напраслину возвели. Хотя я в толк не возьму, какая им от этого может быть польза.

— Давай-ка ты сейчас все подробно изложишь, чтобы мне было с чем идти к Ирине Васильевне, — враз стал серьезным Рощин.

Ну а что тут поделаешь. Начал рассказывать со всей обстоятельностью, стараясь ничего не упустить. Правда, о своей роли в получении булата скромно умолчал. Мол, снизошло на отца озарение, и он открыл секрет благородной стали. О том они и с отцом договорились, пока выпивали в кружале. Оно и впрямь проще так.

— Та-ак. Твоя правда, в простое совпадение верится с трудом. Но чтобы ради этого на смертоубийство идти… Хотя если человек жаден до богатства, еще и не на такое сподобится. Правда, на что они рассчитывали, я не знаю. Однако я не законник, может, есть какие тонкости. Значит, так. Я немедленно донесу эту весть до известной особы. Что твой батюшка окажется на свободе, обещать не буду. Но можешь не сомневаться, следствие будет честным, а суд справедливым. Уж это-то от имени Ирины Васильевны я могу обещать непременно.

— Спасибо, Христофор Аркадьевич, — искренне поблагодарил Иван.

— Да мне-то не за что. А вот я твой должник не меньше Ирины Васильевны. И ты помни об этом.

— Вам-то я когда успел удружить?

— А вот когда вступился за двух женщин в темном переулке, тогда и удружил. Даша — дочка моя. Тем вечером она сопровождала Ирину Васильевну, и на обратном пути на них напали. Если бы не ты, убийца непременно вернулся бы и добил ее.

— Ясно.

— Ну иди. Мне еще нужно поспеть донести весть.

Прежде чем возвратиться к десятку и продолжить нести службу, навестил отца в узилище. Как мог обнадежил, чтобы он духом не падал. Хм. А он и не падал. Сидит себе совершенно спокойный и в ус не дует. Ну не считает себя повинным, и все тут. Н-да. Святая простота.